— Ну это же был официальный подарок! При всех, как положено! А то — это между нами, по-своему. Маленький секретик. Твоему сыну ведь я на день рождения подарила большой конструктор, хороший! — голос Нины звучал теперь с нотками оправдания.
Леся перевела взгляд на Дарину. Девочка потупилась, чувствуя неловкость ситуации.
— Дарина, а мама в курсе? — мягко спросила Леся.
Ребёнок молча покачала головой. Нина велела не рассказывать — это был их «особенный секрет».
Всё стало ясно. Подарки при всех были лишь прикрытием. Истинное внимание выражалось в дорогих вещах, которые доставались только внучке от дочери. Леся взяла со стола книгу Дмитрия, которую чуть раньше туда положила свекровь.
— Понятно. Больше мешать не буду. Пока, Дарина.
Она вышла из квартиры, не дожидаясь ответа. За её спиной щёлкнул замок двери, и тут же послышался раздражённый приглушённый голос Нины:
— Надо было уйти в комнату! Я ведь говорила!
Позже вечером дома Дмитрий делал уроки и вдруг оторвался от тетради.
— Мам, а бабушка подарила Дарине планшет?
— Откуда ты узнал?
— Она мне фотку прислала в чатике. Написала: «Смотри, что у меня есть, а у тебя нет». Сказала, что бабушка дала тайком — чтобы я не расстроился. Я что, плохой?
Глаза мальчика заблестели слезами. Эта детская обида от слов племянницы и поступка бабушки ранила его особенно сильно.
— Ты у меня самый лучший, — Леся крепко обняла сына, ощущая ком бессильной злости подступающим к горлу. — Этот планшет совсем ничего не значит.
— Но я тоже хотел такой… Ты же говорила сама: он дорогой и мы пока не можем его купить! Почему бабушка купила Дарине, а мне нет? Она её больше любит?
На этот прямой вопрос ребёнка Лесе нечего было ответить. Она не могла признаться ему в том, что да — возможно именно так всё и есть; и тем более не могла объяснить сложную систему предпочтений Нины: где дочь с внучкой были «свои», родные по крови; а сын с семьёй будто бы чужие — как будто отрезанные от главного круга семьи.
Когда вечером вернулся Максим, Леся больше не смогла держать в себе и рассказала ему всё как есть. Он слушал молча и нахмуренно.
— Мама поступает неправильно… Но ты же знаешь: у неё с Оксаной всегда были особые отношения. Может быть, не стоит так остро воспринимать? Ну планшет… просто планшет. Мы Дмитрию на Новый год что-нибудь хорошее купим…
