Если Назар действительно существовал и умер спустя три дня после рождения тридцать лет назад, то какие-то документы должны были сохраниться. Оксанка жила в небольшом областном центре до тех пор, пока Тарас не поступил в университет и не перевёз её в столицу.
Марта помнила название того роддома — свекровь не раз с гордостью рассказывала, что «рожала Тараса в лучшем учреждении города, под присмотром самой заведующей».
После двух часов напряжённых поисков, звонков по старым контактам (её школьная подруга трудилась в архиве Минздрава) и лихорадочного пролистывания цифровых газетных вырезок за тот период появился первый результат. Но он оказался совсем не тем, чего она ожидала.
В архивной записи за нужный год и месяц значилось: «Оксанка В. Роды одноплодные. Мальчик. Вес 3600. Здоров».
Ни слова о близнецах. Ни одного упоминания о Назаре.
— Значит, она всё придумала, — прошептала Марта, ощущая, как внутри нарастает ледяная ярость. — Она сочинила это ради полного контроля над ним.
Но тут на почту пришёл отсканированный вырезок из местной газеты «Вестник Подолья» за тот же год. Заголовок гласил: «Трагедия в семье инженера: похищение младенца или роковая ошибка?»
В статье рассказывалось о том, что в том же роддоме, где рожала Оксанка, той же ночью родила другая женщина — молодая сирота без поддержки и средств к существованию. У неё появился на свет здоровый мальчик, но утром ей сообщили о его внезапной смерти из-за остановки дыхания во сне. Тело ребёнка матери так и не отдали под предлогом санитарных правил, а спустя неделю главный врач роддома неожиданно уволился и покинул страну.
Марта почувствовала озноб по коже. Она перевела взгляд на фотографию Тараса в рамке на полке: те же скулы, тот же взгляд.
— Что ты натворила, Оксанка? — прошептала она себе под нос.
В этот момент замок входной двери щёлкнул ключом. У Марту сердце ушло в пятки — часы показывали ровно восемь утра.
Свекровь вошла с пакетом свежих продуктов. На ней был всё тот же безупречно выглаженный костюм и выражение показной заботы на лице.
— Марта! Ты уже проснулась? Молодец! Мужчина должен просыпаться от запаха завтрака! Где мой Тарас?
— Он ещё спит, — Марта закрыла ноутбук крышкой. — Оксанка… нам нужно поговорить. Без него.
Женщина замерла посреди прихожей с перчатками в руках; её взгляд стал колючим и острым.
— Разговоры натощак ни к чему хорошему не приводят… Иди-ка лучше приготовь оладьи.
— Я знаю правду про Назара! — отчётливо произнесла Марта. — В архивах нет ни слова о рождении близнецов!
Повисло гнетущее молчание; только с кухни доносился равномерный капающий звук крана. Лицо Оксанки едва заметно изменилось: маска доброжелательной матери сползла на мгновение, обнажив хищное одиночество внутри неё… Но она быстро взяла себя в руки.
— Архивы часто ошибаются… особенно тогдашние,— произнесла она спокойно.— Ты копаешься не там где надо… Лучше бы думала о пелёнках вместо бумажек…
— Зачем вам всё это? — Марта шагнула ближе.— Зачем эта кукла? Почему вы пугаете сына какой-то «ошибкой проекта»? Вы ломаете его!
Оксанка подошла вплотную; от неё пахло лавандой вперемешку с чем-то металлическим.
— Я его формирую,— прошипела она.— Он был слишком мягким… как его отец… Без меня он бы прозябал за копейки где-нибудь в проектном бюро… Я дала ему всё! И я не позволю какой-то карьеристке разрушить его будущее своей «стерильностью»! Эта кукла – испытание! Если ты не примешь мои правила игры… если ты не станешь частью семьи по моим условиям… ты исчезнешь! Он попечалится немного – а потом я найду ему ту самую… которая уважает традиции!
— Вы больны… — тихо повторила Марта.
— Нет… я мать,— вдруг усмехнулась Оксанка.— Кстати… насчёт подарочка… Ты ведь так и не заглянула под матрасик колыбели? Напрасно… Там лежит то самое доказательство для Тараса – чтобы он понял наконец кто ты есть…
Марта сорвалась с места и бросилась в спальню. Тарас уже проснулся; он сидел на кровати с руками у висков и смотрел на колыбельку неподвижным взглядом.
— Марто… что это?.. – голос его дрожал от потрясения.
Она подошла ближе и резко отбросила кружевное покрывало вместе с маленьким матрасиком игрушечной люльки. На дне лежали диктофон и пачка фотографий.
Марта схватила снимки: на них была она сама – но снятая скрытой камерой внутри кабинета врача-репродуктолога месяц назад; именно туда она тайком ходила однажды вечером. На одном фото она передавала врачу конверт; на другом – врач подписывал бумаги…
Но страшнее всего оказался диктофон: Марта нажала кнопку воспроизведения…
Из динамиков раздался её собственный голос:
«Я сделаю всё возможное, чтобы он никогда ничего не узнал… Он ни при каких условиях не должен догадаться про таблетки… Если узнает про контрацепцию – бросит меня… А я детей от него не хочу… никогда».
Марта застыла как статуя: запись была фальсифицирована искусно – собрана из обрывков разговоров с подругой по телефону или консультаций со специалистами… Но звучало это убийственно убедительно…
Тарас поднял глаза – полные боли и недоверия:
— Ты всё это время врала мне?.. Мы два года бьёмся над этим вопросом… обследования бесконечные проходили вместе… а ты просто пила таблетки?..
— Это ложь! Подделка! Посмотри на неё! Она стоит там у двери!.. Наслаждается этим!
И правда – Оксанка стояла прямо у дверного проёма спальни со скрещёнными руками…
— Факты вещь упрямая,— холодно сказала свекровь.— Я нашла это случайно – хотела положить оберег рядом с малышкой… А твоя жена просто тебя использует ради карьеры…
— Это неправда!! — закричала Марта.— Всё сфабриковано!
Она рванулась к мужу – но тот инстинктивно отшатнулся:
— Уходи отсюда,— глухо сказал он.— Мне нужно подумать…
— Прошу тебя…
Он вскрикнул:
— ВОН!!
Этот крик прозвучал как треск ломающегося дерева…
Марта вылетела из комнаты почти вслепую; дыхание сбилось от несправедливости происходящего… Она схватила сумку из гостиной… Но прежде чем выйти за дверь квартиры – обернулась к свекрови:
— Думаете победили?.. Ошибаетесь!.. Вы допустили одну оплошность: среди этих снимков есть один интересный кадр из клиники… В отражении зеркала виден человек передающий вам эти материалы!… И это вовсе не врач…
Оксанка побледнела впервые за весь разговор; уверенность её дала трещину…
— Я выясню кто это был,— пообещала Марта.— И когда вернусь сюда – ваша «колыбель» окажется там где ей место – среди мусора ваших тайн!
Она хлопнула дверью так громко, что стены задрожали…
На улице февральский ветер хлестал лицо ледяными струями воздуха – но холод был ей нипочём: внутри горело чувство ясности посреди полного краха…
Она сидела за рулём своей машины всего лишь двумя кварталами дальше дома… На экране телефона светилось фото…
На нём было видно кольцо с изображением волка…
Такое кольцо носил Александр — лучший друг Тараса и его партнёр по бизнесу…
Пазл начал складываться воедино: перед ней больше не было образа безумной матери-одиночки…
Это был тщательно продуманный заговор против самого Тараса…
А Оксанка была лишь частью этой грязной игры…
