А я вся такая — «хи-хи», «ха-ха»… И как будто растаяла…
Так всё и завертелось: я — дочка директора, он — парень с хорошей репутацией, друзья поддержали наш роман…
Но до свадьбы дело дошло не сразу. Да и Роман ещё присматривался, не подвернётся ли ему кто выгоднее. Я старалась этого не замечать, хотя внутри уже понимала: он мне изменяет. Всё было на поверхности, но Роман умело скрывал следы, а я закрывала глаза на очевидное и гнала от себя тревожные мысли.
Конечно же, мне было тяжело… Тогда в моде была всякая ерунда, которую мы называли «дурью», и я на неё подсела…
Первый раз мне предложили старшие ребята после того, как я чуть не застукала Романа с другой. Я согласилась — надеялась, что он меня вытащит из этого состояния. Но ему тогда было не до меня… А я словно бросилась в пропасть — назло всему: Роману, родителям… Хотя за что родители?
Но мне удалось выжить — отец вовремя вмешался. Он заметил перемены в моём поведении, задействовал все свои связи и буквально вырвал меня из той компании со Степаном. Отправил в клинику и дал понять: второго шанса не будет.
Он спас меня тогда… А потом за мной пришёл и Роман.
Может быть, это тоже сыграло роль — рецидивов больше не случалось. Я верила: «он любит меня», «пришёл за мной», «не мог без меня жить» — так он говорил.
На деле же всё оказалось проще: просто никого более выгодного он себе так и не нашёл. А знал ведь прекрасно — я по уши в него втюрилась.
Отец сразу понял его суть — дело было вовсе не в бедности семьи Романа. Он видел насквозь эту натуру угодника и приспособленца. Но выбора у него особо не оставалось: я стояла насмерть за Романа и пригрозила расправиться с собой.
Отец уступил лишь потому, что надеялся: это временно, рано или поздно я сама всё пойму. Но прозрения так и не случилось.
Свадьба прошла пышно. Мы получили отдельную квартиру — отец подарил нам трёшку в самом центре города; всё-таки единственная дочка у капитана.
Роману нашли хорошее место в одной из структурных организаций. Но его характер остался прежним: заботливым мужем он так и не стал, да и стремления к чему-то большему у него по-прежнему не наблюдалось.
Он продолжал общаться с компанией своего друга Степана — для него это было как личный канал по поиску новых «перспективных» девушек из обеспеченных семей. Своего рода поток заявок от симпатичных дочерей начальства, которых нужно было обрабатывать ради хоть какой-то выгоды.
И да — обрабатывал он там далеко не только Лилию… Были ещё Ганна, Елизавета, Кристина и прочие доверчивые особы… Кто-то действительно верил ему так же слепо как когда-то я; кто-то просто развлекался с весёлым парнем до поры до времени… А потом надоедал им этот балагур – получал пинок под зад… И возвращался ко мне – жалкий и побитый…
