Ощущая легкий озноб, Богдан поежился. Любовь умела убеждать так, что у собеседника не оставалось аргументов. А если кто-то пытался сопротивляться — ему приходилось несладко.
— Может… ты одна съездишь? — осторожно предложил он. — А я тут… хозяйство подержу.
Надежда на спасение угасла мгновенно.
— Ты в своем уме? — глаза Любови сузились до опасной линии. — Хочешь, чтобы соседи судачили, почему я к дочке одна поехала? Чтобы выглядела как покинутая жена?
Затем, понизив голос до ледяного шепота, она добавила:
— Если сейчас начнешь качать права… собирай вещи и катись куда хочешь. Насильно никого держать не стану!
Богдан побледнел. Жена всегда знала, куда ударить больнее всего. А он… он попросту боялся: суда, развода, потери дома, машины и участка. Все имущество давно было записано на Любовь. Законов он не знал и этим она ловко пользовалась.
— Хорошо… — пробормотал он сдавленно. — Поедем. Как скажешь.
Любовь довольно хмыкнула:
— Вот и славно.
Раз уж решение принято — его нужно выполнять.
Тем временем Оксанка сидела на диване, крепко сжимая телефон в руках. Когда Михайло вернулся вечером с работы, она даже не дала ему снять обувь:
— Мама снова звонила.
— И что теперь? — спросил он устало.
— Они решили приехать к нам на Новый год. На пять дней.
— Так… — Он прошел на кухню, налил себе воды из графина и сделал несколько жадных глотков перед тем как вернуться в комнату. — Если она уже что-то решила… переубедить ее будет невозможно…
Оксанка кивнула; глаза предательски заблестели от слез:
— Значит… отменяем встречу с Евой?
— Нет-нет! Мы поступим проще, — ответил он уверенно. — Просто обойдем проблему стороной.
— Каким образом? — нахмурилась Оксанка.
— Встретим Новый год у Евы и Артёма. Перенесем праздник туда. А нашу квартиру оставим пустой.
Оксанка уже открыла рот для возражения… но вдруг улыбнулась: идея действительно казалась удачной.
— Думаешь… Ева согласится? — спросила она мужа с надеждой в голосе.
— Позвони ей и узнай сама, — сказал Михайло спокойно. — Вы же подруги. Уверен: она тебя поддержит.
И уже спустя несколько минут Оксанка набирала номер подруги. Ева ответила почти мгновенно – словно ждала звонка заранее.
— Приветик тебе! – радостно произнесла подруга в трубку.
Оксанка рассказала всю ситуацию без утайки и попросила о помощи. Ева ненадолго задумалась… а потом весело рассмеялась:
— Та ну! Конечно приезжайте! Мы как раз хотели вам елку показать! Она просто шикарная – пушистая такая, огромная! Артём аж сам был в восторге, когда мы ее поставили!
И тут же добавила:
— Без шуток! Даже не думай отказываться! Приезжайте смело – вместе накроем столик да хлопушек детям купим! Будет весело!
— Правда можно?.. Ты точно не против?.. – почти прошептала Оксанка растерянно.
— Да брось ты! Всё отлично будет! – ободрила ее Ева искренне. – Даже место освободим побольше при надобности!
Отключив звонок, Оксанка прижала телефон к груди обеими руками и глубоко выдохнула облегчённо…
Вечер 31 декабря оказался почти волшебным: тихий снег ложился редкими хлопьями на землю – словно кто-то наверху решил украсить мир к празднику особым декором наступающего года…
У Евы с Артёмом дома царили тепло и уют; воздух наполнял аромат мандаринов и хвои от новой елки. После короткого семейного совета мужчины вместе с детьми отправились гулять во двор кататься на горке «освежиться перед праздником», как выразилась сама Ева со смехом…
А тем временем две хозяйки – Ева и Оксанка – остались вдвоем на кухне в долгожданной тишине: одна ловко нарезала рулетики да заправляла салаты; другая ставила блюда на стол…
Ева бросила взгляд через плечо:
— Ну чего ты суетишься без конца? Успокойся уже наконец! Всё идёт отлично – сама же видишь! Мы всё успеваем!
Оксанка поставила свою фирменную селёдку под шубой рядом с другими закусками:
— Вижу… Просто всё это кажется каким-то нереальным… Ты так легко согласилась перенести праздник к себе домой… Мне всё ещё немного неловко…
Ева фыркнула весело и уперлась руками в бока:
