— Прекрасно, — Марьяна кивнула. — Значит, сегодня обойдёмся без «чепухи». Садимся. Говорим. И решаем, кто есть кто.
Александр шумно выдохнул, словно его заставили тащить пианино на пятый этаж без лифта.
— Ладно. Садимся.
Виктория усмехнулась:
— Ой, как же страшно.
Марьяна взглянула на неё и произнесла спокойно:
— Страшно станет позже. Когда выяснится, что ваше «временно» почему-то превращается в «навсегда».
С этой фразы разговор только набрал обороты — остановить его уже было невозможно…
— Без спектаклей, пожалуйста, — Александр опустился за стол и провёл ладонями по лицу. — Чего ты добиваешься, Марьяна?
— Я хочу жить нормально, — не торопясь села напротив него Марьяна. — Без того, чтобы меня здесь ставили на место. Без твоих отговорок про «семью». И без унижений вроде «ты никто».
Раиса устроилась рядом с Александром, словно советник при короле.
— Слышишь её? Она тебя шантажирует, — проговорила свекровь с довольной миной, будто у неё праздник.
— Это не шантаж, — Марьяна повернулась к ней. — Это условие: уважение и соблюдение границ.
Виктория развалилась на стуле и бросила:
— Марьяна, правила диктует тот, кто хозяин дома.
Марьяна резко посмотрела на Александра:
— Вот. Слышал? Хозяин. Ты тоже так считаешь?
Александр промолчал.
— Мне кажется, вы все просто давите на меня сейчас… — пробурчал он. — Я как между двух огней.
Марьяна усмехнулась без веселья:
— Нет уж. Между огнями бывает тогда, когда пытаешься спасти обе стороны от беды. А ты просто спрятался за чужими спинами и теперь изображаешь страдальца: “ой как мне тяжело”.
Раиса хлопнула ладонью по столу:
— Не смей так с ним разговаривать! — она подняла палец вверх. — Сынок! Ответь ей!
Александр раздражённо откинулся назад:
— Мама! Перестань кричать!
— Кричу потому что ты слабак! — свекровь резко повернулась к Марьяне: — Ты ему голову морочишь! Всегда морочила!
Марьяна спокойно ответила:
— Раиса… Будем честны? Вы приехали сюда не просто в гости “на пару дней”. Вы пришли занять территорию и уверены в успехе. Почему?
Виктория фыркнула:
— Ну конечно… эксперт нашёлся…
Марьяна не отвела взгляда от мужа:
— Потому что Александр уже вам пообещал что-то? Или я ошибаюсь?
Александр дёрнулся:
— Марьяна… прекрати…
Она подняла руку останавливающим жестом:
— Нет уж. Сейчас ты отвечаешь прямо: что именно ты им пообещал?
Раиса побледнела и тут же пошла в наступление:
— Не лезь в наши семейные дела!
Марьяна кивнула ей:
— Вот оно: “наши”. Значит я для вас чужая? Александр? Ответь мне.
Он выдохнул сквозь зубы:
— Я… я сказал маме пожить немного… И Виктории пока быть у нас… Всё…
Марьяна произнесла ровным голосом:
— Врёшь.
Виктория прыснула со смеху:
— Ну всё… теперь она ещё и детектор лжи…
Марьяна повернулась к ней холодно:
— Помолчи минуту. Сейчас взрослые разговаривают.
Виктория вскочила со стула:
— Ты рот мне затыкаешь?!
Марьяна даже не повысила голос:
— Да. Потому что хамишь с первого дня пребывания здесь. И думаешь: тебе это позволено.
Глаза Раисы сузились; она подалась вперёд и процедила сквозь зубы:
— Потому что позволено! Ты здесь временная! Жёны приходят и уходят! А мать остаётся навсегда!
Марьяна медленно перевела взгляд на Александра.
— Вот видишь? Твоя мама озвучивает то, о чём ты молчишь внутри себя. Ты согласен с ней?
Александр вскочил из-за стола:
— Да хватит уже! Я не согласен! Мама! Что ты несёшь?!
Раиса сделала вид обиженной женщины века:
— Я правду говорю! Посмотри сам: она тобой командует! Условия ставит!
Голос Марьяны стал жёстче:
— Условия появляются там, где есть риск всё потерять… А если тебя считают мебелью – приходится бороться за право существовать рядом с тобой хоть как-то…
Виктория язвительно вставила реплику сбоку:
― Ой-ой… бедняжка… Дайте ей орден…
Но Марьяне было уже всё равно; она смотрела только на мужа и говорила твёрдо:
― Повторяю вопрос: что именно ты им обещал? Почему они ведут себя так нагло?
Молчание Александра звучало громче любого возражения – оно подтверждало всё без слов.
И вдруг внутри у неё стало удивительно ясно: он действительно дал обещание за её спиной.
― Понятно… ― сказала она тихо.
Затем достала телефон из кармана и открыла заметку.
Читала вслух спокойно – будто перечитывала список покупок:
― “Заявление о препятствии совместному проживанию”. ФИО… адрес… описание ситуации: “родственники супруга проживают без согласия жены; нарушают порядок; оказывают давление; мешают пользоваться жильём”. Далее – просьба провести профилактическую беседу… Это ещё мягкий вариант…
Лицо Виктории побледнело мгновенно:
― Ты сумасшедшая?!
Раиса вскочила:
― Полицию?! В дом?! Позор какой!!
Марьяна подняла глаза:
― Позор – это когда вы вламываетесь в чужую семью со своими порядками.
А участковый – это просто человек с документом.
Он не кусается.
Александр резко вмешался:
― Марьяна… пожалуйста…
Она кивнула:
― Надо.
Потому что словами до тебя не доходит.
Ты вчера сказал мне “терпи”.
Сегодня снова просишь “не надо”.
Ты всегда хочешь тишины – чтобы тебе было удобно жить среди хаоса других людей…
Раиса вдруг изменилась в лице – стала мягкой:
― Мар’янко… ну зачем так?.. Мы ведь по-доброму хотели…
Мы же не враги…
Уголки губ Марьяны дрогнули:
― Враги хотя бы честнее действуют.
Вы хуже врагов…
И тут Виктория неожиданно выкрикнула:
― Всё ясно!
Скажи ей наконец!
Скажи сам!
Ты ведь хотел этого!
Чтобы я пожила тут!
Потому что устал от её вечного недовольства!
Лицо Александра стало белее стены позади него.
Марьяна спросила тихо:
― Вот это интересно…
“Устал от недовольства”?
То есть вы это обсуждали между собой?
Виктория замерла – поняла свою ошибку слишком поздно:
― Я просто сказала случайно…
Но взгляд жены был прикован к мужу:
― То есть ты обсуждал меня со своей сестрой?
Он тяжело вздохнул:
― Ну мы же живём вместе…
Она моя сестра…
Марьяне хватило одного взгляда:
― Значит да.
Жаловался ей.
Поэтому она пришла сюда хозяйкой жизни —
потому что чувствовала твою поддержку заранее…
Раиса вмешалась резко:
― Да перестань цепляться!
Мужчина имеет право пожаловаться!
Спокойный голос Марьяны прозвучал особенно отчётливо после всех выкриков:
― Мужчина имеет право быть мужчиной…
А не мальчиком под маминым крылышком…
Александр ударил ладонью по столешнице:
― Всё!! Хватит!!
Он посмотрел сначала на мать,
потом на сестру —
глубоко разочарованный во всех сразу.
― Вы реально перегнули палку…
Возмущение Виктории вспыхнуло мгновенно:
– Это мы перегнули?!
Да она же с утра—
– Виктория,— перебил Александр.—
Ты ведёшь себя так,
будто эта квартира твоя собственная…
Ты позволяешь себе говорить с моей женой вещи,
которые никто говорить права не имеет…
Раиса тут же зашипела сквозь зубы:
– Не позорься перед бабой!
Мужчина должен держать слово—
а не плясать под дудку какой-то там—
– Мама,— Александр поднял руку.—
Хватит.
Я сам приму решение сейчас.
Голос Марьяны прозвучал ровно —
без эмоций,
как констатация факта:
– Наконец-то…
Он повернулся к ней лицом —
усталым,
измученным,
решительным одновременно:
– Чего ты хочешь прямо сейчас?..
– Прямо сейчас?.. – переспросила она почти ласково.–
Чтобы они собрали вещи
и ушли отсюда сегодня же…
Не вечером…
Не после выходных…
Сегодня…
Раиса всплеснула руками в отчаянии:
– Ты слышишь?!
Она нас выставляет!!
Ответ был коротким и холодным:
– Я ничего не выставляю…
Я прекращаю этот цирк…
Виктория взвизгнула истерично:
– Игорь!! То есть… Александр!!
Ты правда выбираешь их?!
Меня?! Маму?!
Тихий голос жены прозвучал особенно отчётливо среди шума эмоций вокруг них обоих—
как точка невозврата для всех присутствующих здесь людей…
– “Их”?
То есть я для тебя уже чужая?
Прекрасно сказано…
Александр закрыл глаза
словно перед прыжком в ледяную воду…
и сказал глухо —
словами,
которые больше нельзя было взять обратно…
– Мама…
Виктория…
Собирайтесь.
Уходите из этого дома…
