Рекламу можно убрать
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостной ленты
Бывший супруг Богдан обладал редким даром — он умел вторгаться в чужое пространство с напором строительной техники, уверенной в своей изящности. Он появился у меня на пороге ровно в семь вечера, в один из промозглых февральских вторников, отряхивая снег с пальто стоимостью как половина самолета, и сразу же заявил: мы с сыном обязаны немедленно освободить дачу. То обстоятельство, что уже год как дом официально принадлежал нашему двенадцатилетнему сыну, Богдана нисколько не смущало.
— Виктория, это вопрос принципа и мужского достоинства! — провозгласил он, даже не сняв обувь и направившись прямиком на кухню.
Я тяжело выдохнула. Каждый раз, когда Богдан начинал говорить о чести, мне хотелось проверить — всё ли ценное на месте.
Матвей, наш сын-подросток, сидел за столом и лениво макал оладьи в сметану. Увидев отца, он никак не отреагировал — только чуть приподнял левую бровь. Этот выразительный жест он перенял у моей мамы: та делала так каждый раз при виде новых тарифов на коммунальные услуги.
— Приветствую тебя, отец, — буркнул Матвей. — Ты пришёл по делу или опять будешь вещать о том, как твои бизнес-идеи бороздят просторы Вселенной?
— Не ерничай, Роман! — всплеснул руками Богдан. — Я здесь затем, чтобы вернуть семейное гнездо. Мама поторопилась с решением. Возраст берёт своё… сентиментальность. Она переписала дачу на тебя по слабости сердца. Но по сути это имущество семьи! И несмотря на мой… хм… творческий развод с твоей матерью — я остаюсь главой этой семьи!
Я оперлась спиной о стену и скрестила руки на груди. Всё происходящее напоминало мне плохую комедию положений без права возврата билета.
— Богдан… — начала я спокойно и ровно. — Ты путаешь понятия. «Семейное гнездо» строится поколениями. А тот дом в Броварах твоя мама Галина купила сама за свои деньги ещё тогда, когда ты был мелким мальчишкой и мечтал стать космонавтом вместо того чтобы называться «вольным инвестором».
— Вот именно! — подхватил Богдан с жаром и плюхнулся на табуретку; та жалобно заскрипела под тяжестью его самомнения. — Мама приобрела его! Значит это наследство! Моё по праву! А она взяла да оформила дарственную на внука! Это чистой воды манипуляция! Я советовался… со знающими людьми. Они уверяют: всё можно пересмотреть через суд.
— С какими такими людьми? — уточнил Матвей невозмутимо и не отрываясь от кружки чая. — С теми же самыми ребятами, которым ты задолжал после своего великого стартапа по разведению шиншилл в гараже?
