Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
— И что это за рассадник пыли? У тебя тут, Оксана, не жильё, а настоящий склад ненужного хлама. Дышать невозможно, одни микробы! — дама в безупречном сером костюме двумя пальцами приподняла вязаный плед, небрежно лежавший на кресле, словно боялась испачкаться.
Оксана стояла в проёме гостиной с подносом, на котором парили чашки с чаем, и с трудом удержалась от вздоха. Плед был связан вручную — подарок близкой подруги. Стоил он недёшево и зимой согревал лучше любого обогревателя. Однако для Ларисы, её свекрови, любая вещь, не убранная строго по местам, автоматически считалась мусором.
— Лариса, это мериносовый плед, — спокойно пояснила Оксана, ставя поднос на журнальный столик. — Я укрываюсь им, когда читаю. Пожалуйста, не перекладывайте ничего. Присаживайтесь. Чай с мятой, как вы предпочитаете.
Свекровь поджала губы, окинула комнату придирчивым взглядом, будто инспектор на проверке, и лишь после этого опустилась на диван, предварительно стряхнув с него несуществующую пылинку.
— Мята — это полезно, — сухо заметила она. — Успокаивает нервы. А тебе, дорогая, это бы не помешало. Я же вижу, какая ты вся напряжённая. Я помочь хочу. У нынешней молодёжи совсем нет представления о порядке. Целыми днями на работе, а дом запущен. Вот у нас с отцом всегда было чисто — хоть в операционную заходи.
Оксана предпочла промолчать. Спорить с Ларисой было бессмысленно. Та приехала всего три часа назад, но казалось, будто прошла неделя. Гостить она собиралась семь дней — жила в другом городе и решила навестить сына с невесткой, заодно обследоваться в столичной клинике. Именно Оксана предложила остановиться у них, а не в гостинице. «И сэкономите, и пообщаемся», — убеждала она тогда мужа, Данило. Теперь же, наблюдая, как свекровь внимательно изучает чистоту чайной ложки, Оксана уже не раз мысленно упрекнула себя за излишнее радушие.
Вечер прошёл относительно спокойно. Данило вернулся поздно, тепло обнял мать, выслушал свежие новости о родне из Киева, с которой Оксана даже не была знакома, и вскоре все разошлись по комнатам.
Утром Оксана проснулась не от будильника, а от грохота пылесоса. Она резко села на кровати и посмотрела на часы. Половина седьмого.
— Лариса! — сонно пробормотал Данило, протирая глаза. — Ты чего так рано?
Оксана накинула халат и вышла в коридор. Лариса уже была при полном параде — в стареньком халате, привезённом с собой, и с косынкой на голове. Она с ожесточением водила пылесосом по коврику у входной двери.
— Доброе утро, Лариса. Может, не стоит шуметь в такую рань? Соседи ведь ещё спят, — тихо сказала Оксана.
— Кто рано встаёт, тому Бог даёт, — наставительно ответила свекровь, выключая пылесос. — А этот коврик давно пора выбросить. В нём, небось, клещи кишат. Сейчас я его приведу в порядок, а потом мы с тобой, Оксана, займёмся генеральной уборкой. Пока Данило будет на работе. Мужчина не должен жить в грязи.
Оксана отправилась в офис с тяжёлым чувством. Весь день она не могла сосредоточиться на отчётах, постоянно проверяла телефон. Казалось, вот-вот позвонит соседка снизу с жалобой на шум или сама Лариса начнёт давать указания. Но телефон упорно молчал, и это тревожило ещё сильнее.
Когда вечером, около семи, Оксана открыла дверь квартиры, её встретила почти стерильная тишина и резкий запах хлорки, от которого защипало в глазах. Лариса сидела на кухне и чистила картофель.
— О, явилась, работница, — без тени улыбки произнесла она. — Руки мой, скоро ужин.
Оксана прошла в ванную — и замерла. Стеклянная полочка под зеркалом, где обычно стояли её кремы, сыворотки, лосьоны и прочие средства, пустовала. Ни одной баночки. Только кусок хозяйственного мыла в мыльнице.
— Лариса! — голос Оксаны дрогнул. — А где… где мои кремы? Шампуни?
Свекровь спокойно выглянула из кухни, вытирая ладони полотенцем.
— А, эта химия? — невозмутимо уточнила она.
