Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она пропадает из статей, видео и новостной ленты
С Оксаной (ей тридцать один) мы встретились совершенно случайно. Я зашел в магазин за продуктами. Она стояла передо мной в очереди. Оказалось, кошелек оставила дома и расплатиться не смогла.
Я предложил закрыть её покупки. Она смутилась, тихо поблагодарила. Из магазина мы вышли вместе.
На улице разговор завязался сам собой. Темные волосы, привлекательная внешность, спортивная фигура — я заметил это сразу.
Выяснилось, что живет она неподалеку. Работает менеджером в небольшой компании. Одна растит сына Никиту. Мальчику восемь лет.
Отец ребенка ушел три года назад. Создал новую семью. Алименты платил недолго — спустя полгода исчез из их жизни.
Рассказывала она об этом ровно. Без надрыва, без жалоб и слез.
Я подумал тогда: крепкая женщина. Одна тянет сына, работает, не сетует на судьбу.
Мне это импонировало. Я устал от тех, кто постоянно ощущает себя жертвой обстоятельств.
Мы обменялись телефонами. Уже на следующий день я написал ей и пригласил в кафе на выходные.
Два месяца мы встречались, и всё складывалось удачно. Она приезжала ко мне домой два раза в неделю — по средам и субботам.
Готовила замечательно: домашние котлеты, запеканки, пекла пироги.
За ужином не отвлекалась на телефон. Внимательно слушала мои рассказы о работе, задавала вопросы.
Смеялась над моими шутками. Я чувствовал себя довольным и думал, что мне действительно повезло.
Никиту она мне не навязывала. Говорила, что он либо у бабушки, либо занят уроками дома.
Я видел мальчика всего однажды — когда заехал за Оксаной. Худенький, тихий, воспитанный. Поздоровался и сразу ушел к себе.
Я ей тоже нравился — она этого не скрывала. Говорила, что я надежный, спокойный мужчина, работаю менеджером по продажам на хорошей должности.
У меня своя двухкомнатная квартира. Машина старая, но своя.
Спустя два с половиной месяца она стала жаловаться на съемное жилье. Однокомнатная квартира на окраине, хозяйка подняла аренду.
С тридцати до сорока. Платить стало тяжело — от зарплаты оставались сущие копейки.
Я несколько дней обдумывал ситуацию. У меня две комнаты. Уже два года живу один после развода.
Одна из комнат пустует — там только старая раскладушка да шкаф с зимними вещами.
— Переезжай ко мне, — предложил я в пятницу вечером. — Попробуем пожить вместе. Не сложится — разъедемся.
Она посмотрела на меня с удивлением.
— Правда? Ты уверен? Я ведь с ребенком.
— Понимаю. Ничего страшного. Давай попробуем.
Она крепко обняла меня, поцеловала в щеку. Даже расплакалась.
— Спасибо тебе. Ты настоящий мужчина.
Через неделю они уже перевозили вещи. В субботу утром я помог с переездом — загрузили всё в мою машину.
Пожитков оказалось немного: две большие спортивные сумки с одеждой, коробка с игрушками Никиты, несколько коробок с посудой.
Я поднял всё наверх, помог разложить в комнате. Никита сразу устроился в углу на полу с планшетом. Молчаливый, спокойный мальчик.
Первые три недели прошли мирно. Оксана регулярно наводила порядок, мыла посуду после еды, стирала, каждый вечер готовила ужин.
Я брал на себя покупку продуктов, оплачивал коммунальные счета. Подключил более быстрый интернет — чтобы Никита мог смотреть мультики без перебоев.
Мне казалось это естественным: я обеспечиваю крышу над головой, она занимается хозяйством. Обычное распределение обязанностей.
Но примерно через три недели совместной жизни начали появляться первые едва заметные намеки на перемены.
