Он медленно повернулся к ней.
— Что произошло? — спросила она. Голос звучал неожиданно ровно, хотя внутри у неё всё бурлило. — Владислав, меня не было всего четыре дня. Четыре! Что, чёрт возьми, случилось в моей квартире?
— Я… ну… — он провёл ладонью по волосам. — Владислава, это же было Рождество…
— Рождество, — холодно повторила она. — И дальше что?
Владислав опустил взгляд в пол.
— Родители позвонили. Сказали, что к ним собираются Алёна с Игорем и двоюродные — Никита с Елизавета. Из Узина. Им хотелось посмотреть, как Днепр украсили к Новому году, сходить в центр, на ёлку во Львов. И заодно отметить Рождество.
Владислава почувствовала, как по спине пробежал ледяной холод.
— Продолжай.
— У родителей однокомнатная, там с гостями не развернёшься. Мама спросила, можно ли им пожить здесь пару дней. Я решил… тебя ведь не было, ты в командировке, квартира пустует. Подумал, ничего страшного.
— То есть ты просто вручил ключи от моей квартиры своей родне, чтобы им было где праздновать? — Владислава шагнула к нему, и Владислав невольно отступил. — Ты правда считаешь это нормальным?
— Владислава, я не предполагал, что…
— Что? Что всё обернётся вот так? — она широким жестом указала на разгромленную гостиную. — Здесь же сплошные руины! Окно выбито, дверь слетела, диван изрезан! Они что тут устроили, ночной клуб?
Владислав стиснул кулаки.
— Я сам не ожидал такого. Они клялись, что просто переночуют, прогуляются по центру и всё. Я предупредил, что квартира твоя, просил быть аккуратными. Они пообещали!
— И где именно всё пошло наперекосяк? — Владислава сложила руки на груди. Успокаиваться она не собиралась.
Владислав тяжело опустился на край изуродованного дивана.
— Толком не понимаю. Мне потом родители пересказали. Сначала всё было спокойно — заселились, в первый день гуляли, делали фотографии. А потом… — он замялся. — Потом Никита решил пригласить каких-то своих приятелей, которые тоже в Днепре живут. Чтобы веселее было. Те подтянули ещё компанию. Купили алкоголь. Много.
— Ясно, — внутри у Владиславы злость разрасталась, словно надувающийся шар. — Дальше.
— Игорь с Никитой что-то не поделили, вроде поспорили из-за пустяка. Никита вспыльчивый, ты же знаешь. Сначала кричали, потом начали толкаться. В какой-то момент одного из друзей Никиты случайно задели, он отшатнулся к окну и, открывая шампанское, пробкой угодил прямо в стекло.
Владислава молчала. Ей казалось, что стоит ей заговорить — и она сорвётся на крик.
— Алёна расплакалась, — тихо продолжил Владислав. — Елизавета пыталась их разнять, но кто-то наступил ей на ногу, она вскрикнула и опрокинула бутылку вина. Друзья Никиты уже были пьяные, один направился в ванную, споткнулся и буквально влетел в дверь, сорвав её с петель.
— Прекрасно, — процедила Владислава. — Просто великолепно. И где теперь вся эта компания?
— На следующий день уехали. Мама утром позвонила, всё рассказала. Они вроде пытались прибраться, но… сама видишь результат. Я собирался сегодня прийти пораньше и хоть что-то привести в порядок до твоего возвращения, но задержался на работе. Думал, ты прилетишь завтра.
Владислава медленно прошлась по комнате, обходя осколки и липкие пятна на полу. Остановившись у разбитого окна, она посмотрела на рассыпавшееся стекло.
— Владислав, — произнесла она, не оборачиваясь. — Это моя квартира. Моя. Я её купила. Я плачу за неё. Каждый месяц отдаю треть зарплаты в ипотеку. Ремонт делала сама, мебель выбирала тоже я. И тебе даже в голову не пришло сначала спросить меня, прежде чем раздавать ключи кому попало?
— Владислава…
— Я ещё не закончила, — резко оборвала его она.
