— Мои, — удивлённо переспросила я.
— А кто в них главный?
— Ну… наверное, я.
— Вот и ответ. Это твоё тело, и этого малыша вынашивала именно ты. Значит, только тебе решать, кто будет рядом в такой момент. Ни Лариса, ни я, ни свекровь — никто, кроме тебя. Если ты хочешь, чтобы рядом был Роман, — это твой выбор, и я его, разумеется, уважаю. Никто не вправе на тебя давить.
Слушая, я вдруг отчётливо осознала: Лариса превратила мои роды в арену для собственных ожиданий и амбиций. А мне в этой истории отводилась роль безмолвной фигуры.
К Ларисе я пришла уже с твёрдым намерением всё расставить по местам.
— Лариса, я тебя люблю. Ты станешь замечательной бабушкой. Но в родзале будет только Роман. И дело не в том, что я тебя люблю меньше. Просто это МОИ роды. И я так решила.
— Но я же…
— Лариса, выслушай меня. Если ты начнёшь настаивать, я буду нервничать. А если я буду на взводе, всё может пойти сложнее. Ты правда хочешь, чтобы я рожала в напряжении? Чтобы это отразилось на ребёнке?
— Конечно нет!
— Тогда уважай мой выбор. Внука ты увидишь уже через час после родов. Я первой тебе позвоню. Но в родзале будем только мы с Романом.
Лариса притихла. Потом её глаза наполнились слезами. В них не было обиды — скорее смирение и принятие.
Через две недели я родила.
