— Я не поняла, что вы обе здесь делаете?
Мария замерла на пороге, не веря тому, что видит. Ульяна, её свекровь, стояла перед раскрытым шкафом и методично перебирала сложенное бельё.
Татьяна, сестра свекрови, опустилась на колени у дивана и ощупывала пространство под ним, погружая руку в пыльную темноту. По комнате были разбросаны подушки, пакеты с одеждой и какие‑то коробки, вытащенные из комода.
— Я жду объяснений, — голос Марии стал жёстче. — Как вы сюда вошли и что именно ищете?
Свекровь вздрогнула и выронила наволочку из рук. Татьяна резко вскинула голову и стукнулась о деревянный край дивана.
Она тихо вскрикнула и схватилась за затылок.
Мария закрыла дверь и, прислонившись к ней спиной, дала понять, что никуда не уйдёт, пока не услышит правду.
***
Полгода назад, в начале мая, Мария возвращалась после работы через центр Винницы. Она трудилась бухгалтером в строительной фирме на улице Белинского и обычно добиралась домой троллейбусом.
В тот день транспорт сломался на полпути, и Мария решила пройтись пешком до станции метро.
Возле памятника Минину и Пожарскому её окликнули по имени. Обернувшись, она заметила высокого худощавого мужчину в сером пальто.
Сначала она не узнала его, но затем на его лице появилась знакомая улыбка.
— Виктор? Это ты?
Они просидели за одной партой с пятого по одиннадцатый класс. Виктор выручал её по физике, позволяя списывать, а она помогала ему писать сочинения.
После выпуска их пути разошлись: поступили в разные вузы и постепенно перестали общаться.
— Давай зайдём за кофе, — предложил Виктор. — Расскажешь, как живёшь.
Они устроились в кофейне на Большой Покровской. Мария взяла латте, Виктор — американо.
Почти час они вспоминали школьные годы, учителей, одноклассников и вечера встреч. Виктор рассказывал о работе инженером на заводе, о жене Лене и троих детях.
Мария рассмеялась, когда он припомнил, как их физик Иосиф однажды задремал прямо во время контрольной.
Вдруг Мария ощутила на себе чей‑то пристальный взгляд. Она посмотрела в дальний угол зала и увидела там Ульяну и её младшую сестру Татьяну.
Женщины сидели у окна с чашками чая и внимательно наблюдали за ней. Их лица были холодными и напряжёнными.
Мария помахала им рукой. Ульяна ответила натянутой улыбкой и тут же повернулась к сестре. Они зашептались, время от времени поглядывая в сторону Марии и Виктора.
Допив кофе, Мария попрощалась с одноклассником. По дороге домой её не покидали мысли о странном поведении свекрови.
Ульяна могла бы подойти, поздороваться, познакомиться с Виктором. Но она предпочла наблюдать со стороны.
Открыв дверь квартиры, Мария сразу ощутила неладное. В прихожей стояли туфли свекрови и босоножки Татьяны.
С кухни доносились голоса, звякала посуда. Трёхлетний Матвей звонко смеялся и просил ещё печенья.
Мария повесила куртку и прошла на кухню. Ульяна сидела рядом с Матвеем и угощала его печеньем.
Татьяна наливала себе чай. Богдан, муж Марии, стоял у окна, глядя во двор.
Его лицо казалось напряжённым.
— Ой, Мария пришла, — засуетилась Ульяна. — Мы как раз собирались прогуляться с Матвеем. Татьяна, бери внука, пойдём в парк.
Татьяна без слов подняла мальчика на руки и направилась в прихожую. Ульяна набросила на ребёнка куртку и поспешно зашнуровала ботинки.
Обе действовали так быстро, словно их подгоняла тревога.
— А вы тут поговорите, — бросила свекровь и закрыла за собой дверь.
Мария осталась с мужем наедине. Богдан продолжал смотреть в окно, не оборачиваясь.
— Кто это был? — наконец спросил он.
— О ком ты?
— Тот мужчина в кофейне. Мама сказала, что ты сидела с каким‑то мужчиной и смеялась.
Держала его за руку.
— Я никого за руку не держала. Это был Виктор, мой одноклассник.
— Мама утверждает, что ты вела себя слишком вольно для замужней женщины.
— Твоя мама… Да что с ней такое…
Богдан наконец повернулся. Его глаза покраснели, на скулах напряглись желваки.
— Докажи.
Мария вынула телефон, открыла страницу Виктора в социальной сети и протянула мужу. На аватарке он обнимал жену и троих детей.
На снимках — семейные праздники, дни рождения, поездки к морю, походы в зоопарк.
Богдан молча пролистывал фотографии несколько минут, затем вернул телефон Марии и провёл ладонями по лицу.
— Ладно, — сказал он.
