— Тридцать восемь тысяч гривен ежемесячно, Оксана. Деньги переведёшь пятого числа, реквизиты я уже отправила тебе в мессенджере, — голос Ларисы звучал ровно и твёрдо, будто речь шла о покупке хлеба по пути домой.
— Простите, а с какой стати я должна рассчитываться с чужим банком, Лариса? — я спокойно закрыла блокнот и посмотрела на свекровь.
— За моё здоровье и ваше душевное равновесие. Это, можно сказать, семейная инициатива, — с достоинством произнесла она.
Лариса устроилась на нашем диване так, словно занимала трон, распространяя вокруг себя атмосферу исключительности. Бывшая заведующая библиотекой, она до сих пор воспринимала мир как читальный зал, где ей по праву полагается лучшее — без очередей и напоминаний о сроках.
Мне тридцать семь, я работаю старшим администратором в крупной частной клинике. Каждый день — это мастер-класс по урегулированию чужих претензий, поэтому бытовыми выпадами меня сложно выбить из колеи. Внутри давно функционирует строгий внутренний бухгалтер и надёжный сейф для чувств.
Мой супруг Данил — хозяин небольшой автомойки. Человек он добрый, но в домашних спорах предпочитает стратегию мягкого коврика: проще согласиться, чем вступать в дискуссию.
— Оксан, ну выручи маму, тебе же несложно? — Данил лениво щёлкал пультом, не особо вслушиваясь в озвученные суммы.
— Сейчас на мойке спад, а у тебя как раз была премия. Старших нужно уважать.
Чтобы уберечь его нервную систему от перегрузки, я решила добавить в разговор твёрдости — исключительно ради поддержания равновесия в нашем доме.
— Моя премия, Данил, уже ушла на оплату летнего отпуска, — невозмутимо ответила я.
— А на что ваша мама оформила кредит на полтора миллиона гривен?
— На премиальную биомагнитную кровать! — торжественно объявила Лариса, выпрямившись ещё больше.
— У меня радикулит! Я ночами глаз не смыкаю, всё о вас думаю, переживаю. Это вклад в моё долголетие! Вы же не хотите, чтобы я окончательно слегла и стала вам обузой?
Аргументация поражала своей самоуверенностью. Получалось, я обязана оплачивать ей кровать по цене приличного подержанного авто, чтобы она с ещё большим комфортом продолжала руководить нашей жизнью.
— Какая трогательная предусмотрительность, — едва заметно усмехнулась я.
