— Почему?
— Потому что я права. Она лезет в нашу жизнь. Делает копии ключей без разрешения. Забирает наши вещи.
— Ты моя жена. Должна уважать мою маму.
— А она обязана уважать меня?
— Она уважает. Просто ты всё воспринимаешь слишком остро.
Я поднялась, накинула куртку.
— Пойду пройдусь.
Вышла на улицу. Шла куда глаза глядят. Слёзы катились сами по себе. Стирала их ладонью, но они появлялись снова.
В пятницу Алла приехала без предупреждения. Ни звонка, ни сообщения. Я услышала, как в замке повернулся ключ. Сердце болезненно сжалось. Я быстро вышла в коридор.
Дверь распахнулась. На пороге стояла Алла с сумкой, в пальто. Увидела меня, на мгновение замерла, потом растянула губы в улыбке.
— А, ты дома. Не ожидала.
— Дома.
Она прошла мимо, спокойно сняла пальто, повесила его, разулась и направилась на кухню. Я осталась стоять в прихожей, глядя ей вслед. Внутри всё клокотало.
Пошла за ней.
Алла уже распахнула холодильник и внимательно изучала полки. Достала килограмм мяса — отправила в свою сумку. Затем сыр, упаковку в триста граммов. Литр молока. Йогурты — все шесть.
Я остановилась в дверях и молча наблюдала. Она действовала неторопливо, уверенно, будто хозяйничала у себя. Словно это её продукты и её холодильник.
Закрыв дверцу, она повернулась и заметила меня.
— Что уставилась?
Я не ответила — слов просто не нашлось. Она подхватила сумку и направилась к выходу. Я шла следом.
У двери Алла остановилась, надела пальто, обулась и посмотрела на меня испытующе.
— Чего молчишь? Сказать что-то хотела?
— Алла, верните всё на место.
Она прищурилась и усмехнулась.
— Не верну. Это моё.
— Я покупала это на свои деньги.
— В моём холодильнике. В моей квартире.
— Я оплачиваю коммунальные услуги.
— Квартира моя. Буду приходить когда захочу и брать что посчитаю нужным. Не устраивает — съезжай.
Она взяла сумку и ушла.
Я опустилась на пол в коридоре. Слёзы тихо падали на колени. Без рыданий, без звука.
Стало ясно: выхода нет. Менять замки бессмысленно. Разговоры тоже ничего не дают. Тарас всегда на её стороне.
Я живу в чужом доме. Где хозяйка появляется без спроса, забирает всё, что ей нравится, и даже не считает нужным объясняться.
Вечером Тарас вернулся. Сел рядом.
— Алла звонила. Говорит, ты её выгнала.
— Я никого не выгоняла. Я попросила вернуть продукты.
— Зачем? Ей было нужно.
— А мне, по-твоему, не нужно?
— Она старше. Она мама. У неё есть право.
Я встала и пошла на кухню. Открыла холодильник — пусто. Совсем. Алла забрала всё. Даже яйца. Даже хлеб.
Тарас вошёл следом.
— Ну и чего ты добивалась? Дерзишь — вот и результат.
— Я не дерзила. Я защищалась.
— От кого? От мамы? Смешно.
Я повернулась к нему.
— Послушай. Либо она перестаёт приходить без предупреждения, либо я ухожу.
Он усмехнулся.
— Уходи. София остаётся.
— Я уйду с София.
— Попробуй.
Он вышел и хлопнул дверью.
Я позвонила Оксана и всё рассказала.
— Приезжай ко мне. С София. Переночуете.
— А дальше?
— Дальше — адвокат и развод.
Я собрала вещи, игрушки София, документы. Через час вернулся Тарас. Увидел сумки.
— Это что ещё?
— Мы уезжаем. Пока что.
— Куда?
— К подруге.
— София оставь.
— Нет.
Он шагнул ко мне, лицо налилось краской.
— Я сказал — оставь.
Я крепко взяла София за руку.
— Пойдём, родная.
Мы вышли. Он нас не остановил.
Живём у Оксана уже третью неделю. София спит на раскладушке, я — на диване. Оксана повторяет: оставайтесь столько, сколько потребуется.
Тарас не звонит. Алла прислала одно сообщение: «Неблагодарная. Столько для тебя сделала. А ты вот как».
Я его удалила. Подала заявление на развод.
По ночам лежу без сна и думаю: правильно ли поступила? Ушла с София, решилась на развод, живу на диване у подруги. Может, стоило и дальше терпеть? Не знаю.
Я завела второй канал — там рассказы👇, которых здесь не будет. Статьи и видео без рекламы.
С подпиской Дзен Про
