— Собирайте вещи. Только тихо, чтобы соседей не перебудить. И обои в коридоре чемоданами не зацепите — я их вчера поклеила.
На часах было два ночи. Ганна, моя свекровь и в прошлом комендант районного ЖЭКа, возвышалась в проёме спальни с видом монумента. Вместо факела она держала пульт от телевизора и, как жезлом, указывала им в сторону выхода.
Александр приподнялся на кровати, морщась от внезапно включённого света. Я же, работая медсестрой в городской поликлинике и привыкшая к ночным тревогам, молча закрыла книгу и с интересом уставилась на разыгравшуюся сцену.
— Мам, ты на часы смотрела? — сипло поинтересовался Александр. — Какие ещё сборы? Мы спим. Мне завтра к шести на строительный рынок — товар принимать.
— Завтра вы будете спать уже в другом месте, — отчеканила Ганна, поправляя на груди шёлковый халат, приобретённый, между прочим, на мою премию ко Дню медика. — Ангелина в слезах. У них с Романом непростой период. В съёмной однушке с двумя детьми не развернёшься, мальчикам тесно, никакого развития. Я как мать обязана впустить дочь в свою квартиру. А вы молодые, справитесь, найдёте выход.
Год назад мы с Александром затеяли в этой «маминой квартире» капитальный ремонт. Полностью поменяли проводку, выровняли стены, поставили итальянскую сантехнику. Тогда Ганна одобрительно кивала и величала нас «настоящими хозяевами». Как оказалось, хозяевами мы считались ровно до того момента, как уложили последний ряд ламината.
— Мам, мы за последние месяцы вложили сюда полмиллиона, — в голосе Александра зазвенела сталь.
Свекровь высокомерно вскинула подбородок.
— Ангелина создана для любви и домашнего тепла, ей и так непросто! А Роман — человек с размахом, ему в съёмной клетушке тесно. Он стратег, у него в голове стартапы рождаются, ему нужен кабинет для генерации идей!
Я аккуратно подтянула к себе одеяло, взглянула на свекровь и спокойно сказала:
— Ганна, единственный стартап Романа — это…
