Пока его мать мысленно перекраивала метры чужой квартиры.
Пока прикидывала, кому какую комнату отдать. Пока распоряжалась тем, что ей никогда не принадлежало.
— Что ты сейчас сказал? — Кристина шагнула к мужу.
— Я сказал, не устраивай драму, — Тарас по‑прежнему избегал её взгляда. — Мы семья. Нужно уметь находить компромисс.
— Компромисс? — у Кристины внутри будто что‑то треснуло. — Это не компромисс! Это твоя мать принимает решения за меня! За мою квартиру!
— Кристина, успокойся, — Валентина поднялась с дивана. — Ты слишком остро всё воспринимаешь.
— Слишком остро?! — Кристина резко повернулась к свекрови. — Это моя квартира! Моё наследство от Роксоланы! Я три месяца пахала здесь одна! А вы считаете, что вправе просто прийти и всё поделить?!
— Кристина, прекрати, — Тарас наконец посмотрел на жену. — Не повышай голос на мою мать.
— А на меня повышать можно?! — Кристина чувствовала, как к глазам подступают слёзы, но сдерживалась. — Можно являться в мою квартиру и решать, кто здесь будет жить?!
— Это уже не только твоё жильё, — отрезала Валентина. — Ты замужем за моим сыном. Значит, имущество общее.
— Нет! — Кристина качнула головой. — Наследство — это личная собственность! Оно не делится даже при разводе!
— При каком ещё разводе? — Валентина прищурилась.
— При любом! — Кристина схватила сумку. — Это моя квартира! И никто, слышите, никто здесь жить не будет, кроме меня!
— Кристина, ты вообще себя слышишь? — Тарас шагнул к ней. — Ты из‑за квартиры готова разрушить отношения с семьёй?
— Я ничего не разрушаю, — Кристина вытащила ключи. — Я защищаю то, что моё. То, во что вложила силы и деньги. То, что оставила мне Роксолана!
— Роксолана оставила тебе жильё, чтобы ты поддерживала семью, — вмешалась Валентина. — А не демонстрировала эгоизм.
— Откуда вы знаете, чего хотела Роксолана?! — выкрикнула Кристина. — Вы её даже не знали!
— Кристина, хватит, — Тарас попытался взять её за руку, но она резко отдёрнулась. — Давай всё спокойно обсудим.
— Обсуждать нечего, — Кристина направилась к двери. — Это моя квартира. Мой труд. Моё наследство. И никто, понимаете, никто сюда не заселится!
— Кристина! — крикнула ей вслед Валентина. — Ты ещё пожалеешь!
— Нет, — Кристина обернулась. — Жалеть я буду только о том, что столько лет молчала.
— О чём это ты? — нахмурился Тарас.
— О том, что ты ни разу не встал на мою сторону, — голос Кристины дрожал. — Ни единого раза. Всегда — мама главнее. Мама права. Мама лучше знает.
— Она моя мать…
— А я для тебя кто? — перебила Кристина. — Я твоя жена! Или уже нет. Потому что всё, Тарас. Я больше так не могу. Всем — на выход.
Кристина поехала к подруге Мелании — ей нужно было выговориться. Нажала на звонок. Мелания открыла, увидела её заплаканное лицо и молча обняла.
— Что произошло?
— Всё, — выдохнула Кристина. — Просто всё.
Ту ночь Кристина проплакала до рассвета. Она рассказывала Мелании обо всём: о годах унижений, о том, как Валентина придиралась к каждому её шагу, о том, как Тарас неизменно выбирал мать. О квартире. О попытке лишить её последнего дорогого, что у неё осталось.
— Кристина, зачем ты столько терпела? — тихо спросила Мелания под утро.
— Думала, что семья важнее, — Кристина вытерла слёзы. — Считала, что нужно уступать.
— Уступать — да. Но не позволять вытирать о себя ноги.
— Теперь я это понимаю.
Утром Кристина поехала и подала заявление на развод.
Валентина звонила без перерыва весь день. Кристина не отвечала. Потом пришло сообщение: «Ты рушишь семью из‑за какой‑то квартиры! Неблагодарная!»
Кристина стёрла сообщение и внесла номер в чёрный список.
Тарас появился вечером. Пришёл к Мелании.
— Кристина, открой, нам нужно поговорить.
Она вышла к нему на лестничную площадку.
— Говори.
— Ты правда подала на развод? — он выглядел растерянным.
— Да.
— Из‑за вчерашнего? — Тарас провёл рукой по волосам. — Я поговорю с мамой. Скажу, чтобы не лезла с этой Ульяной.
— Уже поздно, — Кристина скрестила руки на груди.
— Почему поздно? Кристина, давай спокойно всё обсудим. Я понимаю, ты обиделась…
— Я не обиделась, — перебила она. — Я наконец всё поняла.
— И что же?
— Что ты никогда не будешь на моей стороне, — Кристина посмотрела ему прямо в глаза. — Всегда выберешь мать. Всегда.
— Но она моя мама, — Тарас развёл руками. — Что я должен делать?
— Защищать свою жену, — тихо ответила Кристина. — Когда твоя мать вмешивается в нашу жизнь. Когда пытается распоряжаться моим имуществом. Но ты этого не делаешь. И не делал.
— Кристина, я всё исправлю, — Тарас сделал шаг к ней. — Честно. Поговорю с мамой. Скажу, чтобы держалась в стороне.
— Сколько раз я уже это слышала? — Кристина горько усмехнулась. — Десять? Двадцать? И что изменилось?
— В этот раз всё будет иначе!
— Нет, — она покачала головой. — Не будет. Потому что ты даже не считаешь это проблемой. Для тебя нормально, что мама распоряжается моей квартирой.
Нормально, что она годами меня критикует.
