– Мне здесь сподручнее. Прямо у подъезда.
Сказав это, Богдан направился своей дорогой.
Он неизменно обедал дома: приезжал около часа дня, молча кивал женщине и поднимался наверх пешком. В тот день он, как обычно, сделал пробежку и вскоре вернулся обратно. На складном стульчике собака сидела одна. Богдан настороженно осмотрелся по сторонам.
– Тотошка, а где твоя хозяйка?
– Сегодня её не стало, – откликнулась пожилая женщина, державшая на поводке пушистую серую кошку. – Это я вызывала и скорую, и милицию, и машину из морга. Ганна давно тяжело болела, совсем одна была. Перед смертью всё пыталась пристроить своих животных. И Тотошку, и кошку Элю. Да только не получилось. Ходить ей было трудно, вот и сидела возле дома. Место, конечно, не самое удачное. А у меня и так семеро кошек. Ах да, она ведь для Вас записку оставила.
Старушка достала из кармана конверт и протянула Богдану. Он оказался незапечатанным. Внутри лежал белый лист формата А4. Аккуратным, крупным, почти детским почерком было выведено: «Пожалуйста, заберите к себе собачку Тотошку и кошку Элю».
Строчки выглядели так, будто в них было вложено последнее усилие и надежда.
