— Ты готовишь отвратительно! Это вообще съедобно?!
Голос Владимира сорвался на пронзительный крик и эхом прокатился по нашей маленькой комнате. Он резко метнул вилку на стол. Металл звякнул о край тарелки и с грохотом упал на пол. Запечённое мясо, над которым я провела почти весь вечер, осталось нетронутым.
Я сидела, стиснув в пальцах бумажную салфетку. Лицо пылало от стыда. По другую сторону стола замерли гости — школьный приятель Владимира, Игорь, и его жена Зоряна. Они съёжились на своих местах, уставившись в пустые тарелки. Праздничный ужин по случаю повышения мужа в должности внезапно превратился в показательное унижение.
Наши пять лет брака напоминали прогулку по хрупкому льду. Владимир всегда находил, к чему придраться: не так взглянула, не то ответила, рубашку выгладила недостаточно идеально. Раньше сцены он устраивал лишь за закрытыми дверями. Но сегодня, перебрав коньяка, решил продемонстрировать своё превосходство при друзьях.
— Владимир, да перестань, мясо вполне нормальное, — неловко вмешался Игорь, поправляя воротник. — Ирина старалась, весь вечер у плиты провела.
— Старалась? Да в чём её старания?! — Владимир грохнул кулаком по дубовой столешнице, и хрустальные бокалы тревожно зазвенели. — Она же дома прохлаждается! До пяти сидит в своём офисе, а потом палец о палец не ударит! Деньги в дом приношу я! Я мужчина! А она даже картошку толком запечь не может — внутри сырая!
Он брезгливо оттолкнул тарелку. Зоряна тихо выдохнула и посмотрела на меня с сочувствием.
Я вгляделась в лицо мужа — багровое, искажённое злостью и самодовольством. Он явно наслаждался своей безнаказанностью. И именно в эту секунду во мне что‑то оборвалось. Натянутая до предела струна терпения, растягивавшаяся годами, лопнула. Страх исчез. Чувство вины растворилось. Осталась лишь холодная, звенящая пустота.
— Моя мать с самого начала говорила, что ты пустое место! — не унимался Владимир, размахивая руками. — Вот она готовит — пальчики оближешь! А ты только продукты переводишь! Наталья мне тысячу раз твердила: «Владимир, гони её прочь, она тебя не ценит!». Надо было слушать её сразу!
Владимир всегда прикрывался матерью. Наталья — женщина жёсткая, властная, с непоколебимой уверенностью в собственной правоте. Наши отношения были натянутыми. Муж постоянно уверял меня, что Наталья мной недовольна и часто меня критикует. Я верила. И изо всех сил пыталась заслужить одобрение обоих.
Ни слова не говоря, я потянулась к телефону, лежавшему рядом с салфетницей. Разблокировала экран, пролистала контакты и выбрала номер Натальи.
Гудки раздались почти сразу. Я включила громкую связь и аккуратно положила телефон на стол. Подсвеченный экран оказался прямо перед моим стаканом с водой.
— Ты вообще никто без меня! — продолжал Владимир, не замечая, что в комнате вот-вот начнётся совсем другой разговор.
