— А в университет? Неужели никуда не подала документы? Учёба всё-таки имеет значение! — заметил Мирослав, и Ганна лишь отрицательно качнула головой.
— Нет, пока никуда. Знаю только, что Денис устроился на работу, и всё. А моя дочь даже не стала поступать, — спокойно произнесла Ганна.
— Ладно, я сам с ней поговорю, — решительно сказал Мирослав. — Неправильно это — без дела сидеть.
Ганна ничего не ответила. С одной стороны, в его словах была доля истины. С другой — Кристина ему не родная дочь, вправе ли он вмешиваться? Однако останавливать его она не стала.
***
Позже, когда Кристина зашла к ним одна, без Дениса, Мирослав решил не откладывать разговор.
— Кристина, ты чем вообще собираешься заниматься? Тебе не надоедает дома? — будто бы между прочим поинтересовался он.
— Мне? — удивлённо переспросила Кристина. — Да мне скучать некогда! По хозяйству дел хватает, ещё рисую — мне это по-настоящему нравится.
— Кристина, а учиться разве не тянет? Получить высшее образование? Твоя мама, например, всю жизнь жалела, что так и не окончила вуз… — начал Мирослав, задумчиво подбирая слова.
Кристина едва заметно скривилась — похоже, сейчас последует нравоучение.
— Мама — это мама, а я — это я, — с подчёркнутой серьёзностью ответила она.
— Кристина, образование многое решает! Я вот сам иногда думаю, что застрял на месте. Обычный школьный учитель… А ведь мог бы двигаться дальше: защитить кандидатскую, преподавать в университете, стать примером для студентов. За столько лет стены школы стали тесны, но и уйти сложно — привык к своим ученикам, — признался он.
Кристина не перебивала, слушала внимательно, не сводя с него глаз.
— Недавно, к примеру, читал, что в НЦ «Украина» состоялся форум преподавателей высшей школы «Клубы создателей смыслов». Будь я университетским преподавателем, тоже мог бы туда попасть, внести вклад, заняться действительно значимым делом. А так — всего лишь школьный учитель.
И там, как писали, поднимались действительно серьёзные вопросы, касающиеся прав и ответственности.
