– Алло, – едва слышно отозвалась Оксана. Ночные звонки с незнакомых номеров всегда наводили на неё ужас — она словно заранее чувствовала беду. За всю жизнь такие вызовы раздавались лишь дважды: в первый раз сообщили о смерти её мамы, во второй — о гибели мужа, Владислава.
– Екатерина?
По спине пробежал холодок. Мысли метались и путались: «Скажи, что ошиблись! Спрячь телефон под подушку! Это не тебе звонят!»
– Да, я слушаю, – выдавила она, пытаясь говорить спокойно, хотя руки дрожали, а по коже выступил липкий холодный пот.
– Екатерина, простите, не знаю вашего отчества. К нам доставили пациентку — Любу Павленко. Она просила обязательно сообщить вам.
У Оксаны внутри всё оборвалось. Это была её свекровь — единственный по-настоящему близкий человек, который остался рядом после всех утрат.
– Что произошло? Где она сейчас? Я немедленно приеду!
– Постарайтесь не волноваться, – ответили на том конце. – Она в кардиологическом отделении. Перенесла сердечный приступ, сейчас находится в реанимации. Состояние удалось стабилизировать. Сегодня вас к ней не пустят. Приезжайте через пару дней. Всё под контролем, не переживайте.
Разговор закончился, а Оксана ещё долго сидела неподвижно, пытаясь осознать услышанное. Как такое могло случиться? Люба всегда отличалась крепким здоровьем. Именно она поддерживала невестку после смерти сына, когда для Оксаны рухнул весь мир. Казалось бы, всё должно было быть наоборот: свекровь — слабой, а не той, кто подставляет плечо другим.
Что могло так подкосить эту энергичную, ещё совсем не старую женщину? Сердце… Оксана смахнула слёзы и решительно поднялась. Уснуть уже не удастся.
В больнице наверняка объяснят подробнее. И вдруг Любе что-нибудь понадобится — вода, чистая рубашка, горячий чай. Собираясь, Оксана вспомнила, что свекровь всё лето проводит на даче. Там — аккуратный домик, пышный сад и ухоженные грядки. Она любила приезжать туда: сорвёшь прямо с куста огурец или ягоду — и вкус кажется самым лучшим на свете.
В приёмном отделении медсестра встретила её холодным взглядом.
– Не думала, что вы всё-таки придёте. Я же объяснила: пациентка в реанимации, посещения запрещены.
– А с врачом можно поговорить? Он ведь здесь?
– С докторами беседуют днём.
Оксана упрямо опустилась на стул.
– Я останусь, пока не поговорю с ним. И вдруг ей что-то необходимо.
Медсестра вздохнула.
– Сейчас ей ничего не требуется. Разве что, когда её привезли, она повторяла про помидоры — мол, не успела полить, теперь всё засохнет. Подождите, я передам врачу, что вы здесь.
Доктор действительно вышел к ней, но новой информации не добавил. Всё подтвердилось: ближайшие два-три дня помощь не понадобится, после можно будет позвонить и узнать о состоянии. Сквозь слёзы Оксана пыталась всмотреться в его лицо, надеясь уловить хоть тень тревоги или, наоборот, уверенности.
– Не изводите себя, – мягко произнёс он. – Она крепкий человек. Думаю, справится. Просто что-то сильно её встряхнуло. Порой сердце реагирует именно так — внезапно и резко.
Покидая больницу, Оксана невольно вспомнила слова медсестры о помидорах. Перед глазами всплыли аккуратные грядки на даче, и от этой простой, почти бытовой заботы стало почему-то особенно щемяще на душе.
