Михаил насторожился. Перед ним был ребёнок — совсем кроха, заплаканный и растерянный. Медлить было нельзя.
Пробираясь сквозь ночную сырость и темноту, он пошёл на звук голоса. Остаться в стороне он не мог, хотя понимал: его вид способен испугать малыша. Но раздумывать было некогда — помощь требовалась срочно.
Спустя несколько минут он отыскал мальчика лет пяти. Яркая модная куртка, шапка, шарф с мультяшными героями — всё говорило о том, что ребёнок рос в достатке. Только сейчас ни одежда, ни тепло ткани не спасали его от холода. Посиневшие губы дрожали, всё тело тряслось. Без посторонней помощи он вряд ли пережил бы ночь.
— Как ты сюда попал? — тихо спросил Михаил, осторожно приближаясь.
— Я потерялся… На рынке… Убежал от мамы, — сквозь всхлипы выговорил мальчик.
— Зачем же убежал?
— Она меня отругала… Не купила самосвал. Я её обозвал. Она рассердилась, а я обиделся… И ушёл.
— Вот уж выдумщик, — покачал головой мужчина.
Мальчик признался, что надеялся сам найти дорогу домой, но заплутал, долго бродил по Днепру и в итоге оказался на свалке. Сил прятаться уже не осталось — он просто хотел, чтобы его нашли.
Михаил снял свою верхнюю куртку, укутал ребёнка и взял на руки. Затем направился к временному пристанищу.
По дороге мальчик назвал своё имя — Данил. Это слово странно отозвалось в памяти, словно всколыхнув что-то давно забытое.
В общежитии их встретил Богдан. Сначала он вспыхнул:
— Зачем ты привёл сюда ребёнка?!
— А как иначе? Он замерзал, плакал. Не бросать же его на улице! — спокойно, но твёрдо ответил Михаил.
Богдан нахмурился ещё сильнее:
— Это риск. Его, наверное, уже ищут. Если найдут у нас — никто разбираться не станет, обвинят во всём. Уведи его. Немедленно.
Михаил тяжело вздохнул. Данил, пригревшись у огня, уже начал дремать. Будить его не хотелось, но выбора не оставалось.
— Отведи меня к маме, — попросил мальчик, открыв глаза.
— Хорошо. Скажи, на какой улице ты живёшь?
Данил без запинки назвал адрес. Через несколько минут они уже шагали по знакомым улицам. Михаил крепче прижимал ребёнка к себе, заслоняя от пронизывающего ветра.
Нужный дом нашёлся быстро. Дверь в подъезд оказалась сломанной, и они беспрепятственно вошли внутрь. Поднявшись на седьмой этаж, Данил радостно застучал в дверь. Она распахнулась почти мгновенно.
На пороге стояла женщина с заплаканными, покрасневшими глазами. Увидев сына, она вскрикнула и, рыдая, прижала его к себе:
— Данил! Господи, где ты был?!
Михаил собирался тихо уйти, но женщина неожиданно обняла и его — крепко, искренне, с благодарностью. Мальчик сиял, счастливый, что снова оказался дома.
Мать пригласила мужчину войти, налила ему чаю, расспросила обо всём. Затем поспешила позвонить мужу и в полицию Украины, чтобы сообщить: сын нашёлся. По её лицу читалось, сколько ужаса ей пришлось пережить.
А Михаил сидел и рассматривал уютную квартиру. Светлые стены, мягкие диваны, аромат свежесваренного кофе… И книги. Целый стеллаж, заставленный томами. Он смотрел на них, не в силах отвести глаз.
И вдруг внутри что-то вспыхнуло — будто проснулось забытое ощущение, тёплое и родное. Он не сумел понять, что именно это было, но впервые за долгие годы почувствовал: стоит на пороге чего-то значимого.
Имя. Своё собственное имя, когда-то принадлежавшее ему.
Мысль исчезла так же внезапно, как появилась. В руках оставалась тёплая чашка, рядом — радостная улыбка ребёнка, а в душе — тихое чувство, что сегодня он совершил настоящий поступок. Правильный.
И вдруг взгляд Михаила остановился на массивной книге в синем переплёте, лежавшей на журнальном столике. Она словно притянула его. Он раскрыл том и прочитал сложное название: «Математические методы в кардиологии». Ниже было указано: «Михаил, профессор физико-математических наук».
— Михаил! — выдохнул он, и голос его задрожал. — Это же моё имя!
Этот миг стал отправной точкой для чего-то гораздо большего.
