— Мам, мы тут подумали… — начал он, запинаясь. — Есть один отличный вариант. Недалеко отсюда построили современный центр для отдыха. Там прекрасный парк, бассейн, круглосуточное обслуживание. Тебе не нужно будет думать о дровах, о крыше, которая течет…
— И для этого нужно продать мой дом? — перебила я, глядя ему прямо в глаза.
Марк осекся. Его лицо на миг стало тем самым лицом маленького мальчика, пойманного на лжи. Но Кристина тут же шагнула вперед.
— Вера Николаевна, поймите, это же рационально. Дом старый, он требует вложений, которых у Марка сейчас нет. А там вам будет спокойно. И нам будет спокойнее, зная, что вы под присмотром.
Я встала. Мои ноги дрожали, но голос был тверд.
— Я приехала сюда к сыну. А попала на аукцион, где лотом выступает моя жизнь.
Я вышла из комнаты, не дожидаясь ответа. Весь оставшийся день я провела в прогулках по городу, бесцельно петляя по улицам. Я не знала, куда идти. Мой дом, моя крепость, уже была поделена в их умах, распродана по частям для их «счастливого будущего».
Вечером, когда я вернулась, в квартире было тихо. Марк сидел на кухне один, курил в открытое окно. Кристины не было видно.
— Мам, прости, — сказал он, не оборачиваясь. — Она просто очень практичная. Она хочет, чтобы у нас была своя квартира, семья…
— А я, Марк? Я — часть твоей семьи? — спросила я, присаживаясь напротив.
Он промолчал. В этом молчании был ответ, более болезненный, чем любой крик.
Глава 4: План Кристины
На третий день моего пребывания интрига закрутилась еще сильнее. Пока Марк был на работе, Кристина предложила мне прогуляться. Мы зашли в небольшое кафе. Она заказала мне дорогой десерт, к которому я не прикоснулась.
— Вера Николаевна, давайте будем откровенны, — начала она, глядя на меня в упор своими холодными глазами. — Марк вас любит, но вы для него — балласт. Он чувствует вину, что вы там одна, и эта вина мешает ему дышать. Вы же хотите ему счастья?
— Конечно. Но счастье не строится на предательстве.
Она усмехнулась.
— Предательство — это когда мать держит взрослого сына за штанину. У меня есть предложение. Вы подписываете доверенность на продажу дома. Взамен я обещаю, что Марк будет навещать вас в пансионате каждую неделю. Я прослежу за этим. Если вы упретесь — я сделаю так, что он вообще перестанет вам звонить. Вы же знаете, как легко настроить мужчину против того, кто доставляет ему дискомфорт.
Она положила на стол листок бумаги. Это была не просто доверенность. Это был договор о моем добровольном отказе от всех прав на имущество в пользу Марка.
— У вас есть два дня, чтобы подумать, — сказала она, вставая. — Помните: либо вы уходите красиво и остаетесь «любимой мамой» на расстоянии, либо вы становитесь врагом, от которого он просто отгородится.
Глава 5: Последняя капля
Весь вечер я наблюдала за сыном. Он был подавлен, избегал моего взгляда. Кристина же была само воплощение заботы — она обвивала его шею руками, шептала что-то на ухо, и я видела, как он постепенно расслабляется под её чарами, как его воля тает.
Я поняла: он не защитит меня. Он уже сделал свой выбор. Он выбрал переднее сиденье.
На пятый день случилось то, что окончательно сломало мою надежду. Я случайно нашла в ящике стола в кабинете, где спала, документы.
Это были брошюры того самого «пансионата». Но это не был элитный центр с парком. Это было государственное учреждение для престарелых, находящееся в промышленной зоне, с ужасными отзывами и серыми стенами на фотографиях.
Рядом лежал черновик письма Кристины к какому-то риелтору: «…мать согласна, она уже не в себе, плохо соображает, так что сделку оформим быстро».
