Эльвира почувствовала, как по позвоночнику стекает ледяная капля пота. Она стояла в полумраке коридора, глядя на свои руки — они казались чужими, прозрачными в этом неверном свете.
Ее муж, ее опора, человек, который сегодня утром целовал ее в лоб и сетовал на долгий перелет, сидел на кухне ее единственной сестры и пил вино.
Часть II: Анатомия предательства
Она сделала шаг вперед. Бесшумно, словно тень. Кухня была залита теплым светом торшера. На столе — открытая бутылка дорогого бордо, остатки ужина, который Ирина всегда готовила с особым тщанием по особым случаям.
Марк сидел спиной к двери, развалившись в кресле. Ирина сидела напротив. Ее глаза сияли так, как никогда не сияли в присутствии Эльвиры.
— Как долго мы будем играть в прятки? — спросила Ирина, вертя в пальцах тонкую ножку бокала. — Эльвира не глупая. Рано или поздно она заметит, что твои «конференции» всегда совпадают с моими «выходными на даче».
— Она видит только то, что хочет видеть, — равнодушно отозвался Марк. — Она влюблена в образ нашей идеальной семьи. А я… я просто устал поддерживать этот фасад. С тобой мне не нужно быть «успешным инженером» или «идеальным мужем». С тобой я просто есть.
Эльвира слушала, и каждое слово вонзалось в нее, как отравленная игла. Она вспомнила, как в прошлом месяце Ирина подарила ей браслет, сказав: «Чтобы ты помнила, как я тебя ценю». Сейчас этот браслет жег запястье, словно раскаленное клеймо.
Оказалось, что пока она строила их общее будущее, по кирпичику откладывая на большой дом и мечтая о детях, два самых близких ей человека планомерно разбирали этот фундамент, воруя у нее время, доверие и саму жизнь.
— Я хочу, чтобы ты ушел от нее до конца месяца, — тихо, но твердо сказала Ирина. — Я больше не хочу делить тебя с ней. Даже формально.
Марк вздохнул, и этот вздох был полон согласия.
— Я всё решу. Нужно только правильно оформить документы на дом. Она вложила туда много своих средств, но юридически там есть лазейки…
