Ирина смотрела на гору овощей и мяса. В душе поднимался холодный, расчетливый гнев. Она поняла: эти люди не изменятся никогда. Они не видят в ней человека — только функцию.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Идите в комнату. Я всё сделаю.
Часть 3: Тайный ингредиент
Весь день на кухне что-то кипело, жарилось и шкварчало. Алексей пару раз заглядывал, пытался помочь, но Ирина мягко выпроваживала его: «Иди к родителям, я сама».
К двум часам дня стол был накрыт так, как никогда раньше. Ароматы стояли умопомрачительные.
— Ну, Ирочка, ну мастерица! — Валентина Петровна довольно потирала руки, усаживаясь за стол. — Видишь, как хорошо, когда продукты свои, качественные!
Сергей Иванович уже вооружился вилкой, предвкушая первый кусочек пельменя. Полина тянулась к пирожкам.
— Стойте, — сказала Ирина. Она поставила в центр стола те самые пластиковые контейнеры, которые свекровь всегда приносила с собой. — Прежде чем мы начнем, я хочу сказать. Я сегодня очень старалась. Я вложила в этот обед всё, что накопилось у меня за семь лет.
Она начала раскладывать еду. Но как-то странно. Сергею Ивановичу она положила в тарелку только пустую капусту от голубцов. Валентине Петровне — только тесто от пельменей без мяса. Алексею — пустой бульон.
— Ира, это что за шутки? — Алексей нахмурился. — Где мясо? Где начинка?
— А начинка — здесь, — Ирина открыла большой конверт, который лежал рядом с ней. — Здесь чеки из клиник, где я лечила спину после ваших «субботников». Здесь счета за продукты, которые я покупала годами, пока вы копили деньги себе на новую дачу. И здесь, самое главное — заявление на развод.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как муха бьется о стекло.
— Алексей, я уезжаю к маме. Полина едет со мной. Квартира — твоя, наследство от твоей бабушки, я на нее не претендую. Но больше ни одной минуты моей жизни не будет потрачено на то, чтобы наполнять ваши пустые контейнеры.
Валентина Петровна вскочила, задыхаясь от возмущения:
— Да как ты смеешь! При ребенке! Из-за тарелки супа рушить семью!
— Не из-за тарелки супа, Валентина Петровна, — Ирина спокойно снимала фартук. — А из-за того, что в этой семье я была единственным живым человеком среди трех потребителей. Алексей, ты выбрал комфорт маминых манипуляций вместо уважения к жене. Теперь наслаждайся обедом. Продукты ведь «свои», качественные.
Она взяла заранее собранную сумку и увела Полину, которая, на удивление, не плакала, а крепко сжимала руку матери.
Часть 4: Горькое послевкусие
Прошло три месяца. Ирина жила в небольшом домике на окраине леса. Она работала удаленно, Полина ходила в местную студию танцев. Жизнь была скромной, но удивительно легкой.
Алексей звонил часто. Сначала кричал, потом умолял вернуться.
— Ир, дома бардак. Мама пытается готовить, но у нее всё пригорает. Папа ворчит, желудок совсем испортил. Они постоянно ссорятся. Я прихожу с работы, и мне некуда деться от их претензий. Им постоянно что-то нужно от меня!
