— Ирина? Не может быть! — в его голосе прозвучало неподдельное уважение. — Что вы делаете в нашем поезде? Почему заранее не сообщили?
— Добрый день, Ярослав. Я планировала поездку как обычный пассажир, но возникли сложности с размещением.
Спокойно и по существу я описала произошедшее: занятое без разрешения место, испорченные личные вещи, самовольные действия. Ни эмоций, ни оценок — только сухие факты.
Уже через минуту начальник поезда стоял на пороге моего бывшего купе. Дмитрий и Анастасия в это время оживлённо обсуждали, как будут наслаждаться отдыхом в моём заранее оплаченном люксе в Моршине.
— Проездные документы! Немедленно! — голос Ярослава прогремел так, что в тесном пространстве стало не по себе.
Анастасия попыталась кокетливо улыбнуться, поправляя прядь волос:
— Да мы просто поменялись местами… По-родственному, так сказать. Брат не возражал.
— В этом составе каждый едет строго по своему билету, — холодно пресёк он. — Гражданка, ваше место — в плацкартном вагоне номер четырнадцать. На сборы — две минуты. В противном случае высажу на ближайшей станции за нарушение порядка.
Дмитрий резко поднялся, стараясь придать себе вид оскорблённой добродетели, но, встретившись с тяжёлым взглядом Ярослава, мгновенно поник.
— Послушайте, это моя жена, она сама согласилась… — начал он, однако фраза повисла в воздухе.
Начальник посмотрел на него с таким явным презрением, что Дмитрий буквально съёжился.
— Ваша супруга, — слово прозвучало подчёркнуто жёстко, — переселяется в вагон СВ. По моему распоряжению и с учётом сложившейся ситуации.
Он повернулся ко мне и сдержанно кивнул в сторону выхода.
— Ирина, ваши вещи уже перенесены в первое купе. Всё подготовлено, включая горячее питание. Прошу.
Я вошла лишь на мгновение — забрать телефон и документы.
Анастасия стояла вся пунцовая, лихорадочно запихивая свои наряды обратно в чемодан. Дмитрий выглядел так, словно его только что выставили на холод без верхней одежды.
— Ирина, ты что, знакома с ним? — пробормотал он, пытаясь ухватить меня за рукав. — Почему раньше молчала о таких связях? Ирина, давай всё исправим! Анастасия уйдёт, клянусь!
Я посмотрела на него и ощутила лишь лёгкую брезгливость. Пять лет нашего брака пронеслись перед глазами, и среди этих воспоминаний не оказалось ничего, что хотелось бы сохранить.
— Раньше ты не давал мне вставить ни слова, Дмитрий.
