Женщина настигла меня почти у самой двери подъезда. Она тяжело дышала, держась рукой за бок — похоже, мчалась через весь двор без остановки. Я уже вставляла ключ в замок, собираясь юркнуть внутрь, когда она ухватила меня за рукав пальто.
— Девушка, подождите! Вы Оксана Крылова?
Я обернулась. Передо мной стояла незнакомка лет сорока пяти: строгий деловой костюм, аккуратная причёска, усталые глаза. Таких часто встретишь в офисных зданиях Запорожья — администраторы, бухгалтеры, помощницы директоров.
— Да, это я. В чём дело?
— Прошу вас, не подписывайте завтра никаких бумаг у нотариуса! — выпалила она торопливо, сбиваясь на каждом слове. — Я работаю в конторе Мирославы Николаевны. Я видела документы. Это нечисто.
У меня внутри всё сжалось. На завтра действительно была назначена встреча у нотариуса — я должна была прийти туда вместе со свекровью, Тетяной Ивановной. Она уверяла, что речь идёт всего лишь о формальности: нужно переоформить её долю в квартире на меня и моего мужа, чтобы «оптимизировать налоги».
— О чём вы говорите? — я крепче стиснула ремешок сумки.
— Сейчас не могу объяснить, меня ждут. Просто перенесите визит и внимательно проверьте каждый пункт. Не ставьте подпись, пока всё не прочтёте!
Сказав это, она резко развернулась и быстрым шагом направилась к арке. Я хотела её остановить, задать ещё хотя бы один вопрос, но она уже скрылась за углом, растворившись в вечернем потоке людей.
Домой я поднялась словно в тумане. Мысли путались. История с долей свекрови казалась щедрым подарком: Тетяне Ивановне принадлежала треть двухкомнатной квартиры в центре, купленной ещё в девяностые. Мы с Максимом снимали жильё и копили на своё, и вдруг — такое предложение.
— Зачем мне эта часть? — говорила она месяц назад. — Я живу в собственном доме, мне квартира без надобности. Вам она пригодится. Всё оформим правильно — и дело с концом.
Максим тогда сиял от радости. Треть квартиры в центре — это как минимум полтора миллиона гривен. Продать, добавить наши сбережения — и можно купить полноценное жильё где-нибудь в спальном районе.
Меня насторожила эта внезапная щедрость. Свекровь всегда отличалась бережливостью, граничащей со скупостью: подарки — символические, в гости приходила без гостинцев, нередко намекала, что мы должны помогать ей финансово. И вдруг такой широкий жест.
За ужином я как бы невзначай спросила:
— Максим, ты видел документы, которые нам завтра предложат подписать?
— Какие именно? — он даже не поднял глаз от тарелки.
— На переоформление доли. Твоя мама сказала, что всё подготовит нотариус.
Он пожал плечами:
— Нет, не видел. А это обязательно?
— Обычно да. Это серьёзные бумаги.
— Мама сказала, что всё будет нормально. У неё проверенный нотариус, она с ним давно сотрудничает.
Я не стала спорить. Позже, уже после ужина, написала Тетяне Ивановне сообщение: «Можно ли заранее ознакомиться с документами перед завтрашней встречей? Хочу всё внимательно прочитать».
Ответ пришёл почти сразу: «Оксаночка, там сложные юридические формулировки, ты всё равно в них не разберёшься. Нотариус всё объяснит на месте. Подходи к десяти, пожалуйста, без опозданий».
Это меня насторожило ещё больше. Если человеку нечего скрывать, он не станет препятствовать предварительному ознакомлению.
Я позвонила подруге Юлии — она работала юристом в агентстве недвижимости.
— Юль, подскажи, как узнать, что именно будут оформлять у нотариуса?
— Позвони в контору и попроси предоставить копии документов заранее. Они обязаны дать возможность ознакомиться.
— А если начнут уклоняться?
— Тогда ни в коем случае ничего не подписывай вслепую. Запомни: сначала читаешь — потом ставишь подпись. И каждую запятую проверяешь.
Утром я набрала номер нотариальной конторы. Ответила женщина с мягким, профессиональным голосом:
— Контора Поповой, добрый день.
— Здравствуйте. Я записана на десять часов, фамилия Крылова. Хотела бы заранее просмотреть документы.
Повисла пауза, затем интонация стала осторожнее:
— Вас направила Тетяна Ивановна?
— Да. Мне бы хотелось изучить бумаги до встречи.
— Одну минуту, пожалуйста.
В трубке послышались приглушённые разговоры и шелест страниц. Спустя некоторое время она вернулась:
— Тетяна Ивановна просила передать, что все разъяснения будут даны при личной встрече. Документы стандартные, обычное переоформление, ничего особенного.
