— Андрей мне действительно звонил вчера вечером, — ледяным тоном ответила Марина Сергеевна. — Только интересовался он не детским садом, а рецептом пирога. О том, что Артёма некуда девать, я от него не услышала ни единого слова.
— Значит, вылетело из головы! — Виктория раздражённо взмахнула руками. — Ну правда, что за цирк? Марина Сергеевна, перенесите вы этого врача на другой день! У вас же не приступ прямо сейчас. А у меня сегодня первый рабочий день на новой должности. Если я не появлюсь, начальство этого не оценит. Вы же сами женщина, мать, должны понимать! А вы привыкли думать только о себе.
Марина Сергеевна ощутила, как в груди поднимается тяжёлое, глухое возмущение. Ей фактически предлагали поставить собственное здоровье ниже чужих карьерных планов — и ещё обвиняли в эгоизме.
— Виктория, выслушай меня внимательно, — произнесла она негромко, но так твёрдо, что невестка невольно замолчала. — Сердце у меня, слава богу, пока бьётся. И я очень хочу, чтобы оно продолжало биться как можно дольше. Поэтому к врачу я сегодня поеду. Ты стала большим руководителем? Прекрасно. У руководителей обычно должны быть варианты на случай непредвиденных обстоятельств. Позвони в агентство и найми няню на день. Возьми отгул за свой счёт. Пусть Андрей оформит больничный. Ребёнок — это прежде всего ответственность родителей, а не бабушек.
Виктория будто задохнулась от такой дерзости. На её щеках проступили красные пятна.
— Я так и думала! — сорвалась она уже почти на визг. — От вас помощи никогда не дождёшься! У всех моих знакомых бабушки с внуками носятся, с работы уходят, лишь бы детям помочь. А вы над своими бумажками трясётесь! Знаете что? Я Артёма к вам вообще больше не приведу, раз он вам такая обуза!
Она резко потянула сына за руку. Мальчик, испуганный материнским криком, тихонько всхлипнул. Этот звук больно кольнул Марину Сергеевну, но она прекрасно понимала: стоит сейчас дрогнуть — и её окончательно запишут в бесплатную прислугу, которая обязана бросать всё по первому требованию.
— Не пытайся давить на меня через ребёнка, Виктория, — сказала она ровно. — Внука я люблю. Но шантажом ты ничего не добьёшься. Всего доброго. И удачи тебе на новой должности.
Закрыв дверь, Марина Сергеевна несколько секунд стояла, прислонившись к ней спиной. Веки сами опустились, пальцы мелко подрагивали. Было обидно, неприятно, горько. Но вместе с этим внутри появилось неожиданное облегчение. Она наконец обозначила границу. Теперь нужно было не позволить её стереть.
Скандал разразился уже вечером. Андрей приехал после работы один, взвинченный и злой. Он метался по гостиной, задевая углы мебели, и говорил так, будто мать совершила нечто непростительное.
— Мам, ну ты вообще как? Виктория весь вечер на нервах! Ей пришлось Артёма в офис с собой тащить. Он целый день просидел в переговорной с планшетом, пока она дела принимала. Руководство смотрело на неё косо. Ты ей чуть карьеру не угробила!
Марина Сергеевна сидела в своём любимом кресле и спокойно пила чай с чабрецом.
— Андрей, сядь, — сказала она таким голосом, при котором спорить не хотелось.
Сын по старой привычке подчинился и опустился на самый край стула.
— А теперь давай рассуждать спокойно, — продолжила она. — Вы с Викторией взрослые люди. Вам почти тридцать. Вы сами решили завести ребёнка. Это был ваш выбор. Вы сами решили строить карьеру. И это тоже ваш выбор. Объясни мне, пожалуйста, где именно во всех этих решениях стоит моя подпись под обязательством обслуживать ваши планы?
— При чём тут подпись? — вспыхнул Андрей. — Мы же семья! Родные люди должны друг другу помогать.
— Вот именно, сынок, помогать, — подчеркнула Марина Сергеевна. — Помощь — это когда вы обращаетесь с просьбой, а я соглашаюсь, если у меня есть силы, время и возможность. А то, что делаете вы, называется потребительством. Вы почему-то решили: раз я на пенсии, моё время автоматически стало вашим.
Андрей открыл рот, собираясь перебить, но мать подняла ладонь.
— Не перебивай. Я ещё не закончила. Ты вообще знаешь, какая у меня пенсия? Сейчас скажу. Её хватает на коммунальные платежи и очень скромные продукты. Моя подработка бухгалтером — это лекарства, обследования, поездки, возможность жить нормально, а не выживать. Если я брошу работу ради того, чтобы сидеть с Артёмом, вы будете платить мне зарплату? Компенсируете санаторий, который мне нужен из-за суставов? Купите препараты для сердца, которые стоят совсем не копейки?
Андрей молчал. По его лицу было видно: о такой стороне жизни матери он даже не задумывался. Ему, как и Виктории, казалось, что у пенсионеров деньги появляются сами собой, а все их желания сводятся к телевизору и кастрюле супа.
— По закону, Андрей, я не отвечаю за вашего ребёнка, — продолжила Марина Сергеевна уже спокойнее, но жёстче. — Вся ответственность лежит на родителях. Не на бабушке, не на соседке, не на удобном человеке, которого можно вызвать по первому щелчку. И если Виктория рассчитывает на новую должность, вы обязаны заранее продумывать, кто будет с ребёнком.
