— Заходите, заходите, не мнитесь у порога, места хватит всем!
Резкий, слишком бодрый голос, в котором веселье звучало нарочито громко, в одно мгновение разрезал спокойствие пятничного вечера. Входная дверь распахнулась так широко, что ручка с глухим стуком ударилась о стену, и в прихожую буквально вкатилась шумная компания. Первой, уверенно и размашисто, будто командовала высадкой десанта, вошла полная женщина в броском пуховике. Следом за ней топтался незнакомый лысеющий мужчина, с трудом удерживая в руках два здоровенных чемодана. Замыкала эту странную процессию худенькая блондинка, которая тащила за собой упрямо сопротивляющегося мальчишку лет семи.
Мария замерла у кухонного проема, сжимая в руках полотенце. Еще каких-то десять минут назад она вынула из духовки мясо по-французски, налила себе бокал сухого красного вина и уже мысленно наслаждалась тихими, почти идеальными выходными вдвоем с мужем. Сам муж в этот момент стоял в коридоре с таким лицом, будто на пороге внезапно появились не родственники, а съемочная группа с розыгрышем.
— Сюрприз! — восторженно выкрикнула женщина в пуховике и тут же скинула тяжелые ботинки прямо на светлый коврик, который Мария утром долго и тщательно отчищала. — Андрей, братишка, принимай родню! Решили вот выбраться, город посмотреть. А чего дома сидеть и киснуть, правда?
Андрей растерянно заморгал. Он переводил взгляд то на сестру, то на людей за ее спиной, которые уже успели занять почти всю прихожую.
— Ольга? Ты… почему хотя бы не предупредила? Мы же никого не ждали.
— Ой, ну начинается! — Ольга махнула пухлой рукой, стянула шапку и встряхнула волосами. — Своим людям приглашения не выписывают. А то вы бы заранее суетиться начали, готовиться, а потом еще, чего доброго, отговаривать. Мы же без церемоний. Знакомьтесь: это моя самая близкая подруга Ирина, мы вместе в бухгалтерии работаем. Это ее муж Дмитрий. А это Егор, их сынок. Раздевайтесь, ребята, не стесняйтесь, здесь все свои!
Гости принялись неловко снимать верхнюю одежду. Мальчик мгновенно выдернул руку из ладони матери, пронесся по коридору прямо в грязных ботинках и с разбега плюхнулся на мягкий пуф. На светлой обивке тут же отпечатались явные серые следы от подошв.
Мария почувствовала, как внутри поднимается тяжелая волна раздражения, перемешанная с растерянностью. Они с Андреем уже пятый год тянули ипотеку за эту двухкомнатную квартиру. Здесь каждая мелочь была выбрана не случайно: на каждую вазу, полку, занавеску или предмет мебели они откладывали деньги, спорили, выбирали, радовались покупке. Мария вообще плохо переносила внезапные визиты, а появление незнакомых людей вместе с чужим невоспитанным ребенком для нее было почти физически невыносимым.
— Добрый вечер, — произнесла она, заставив себя выйти вперед. Голос у нее получился спокойным, но ледяным. — Снимите, пожалуйста, обувь. И попросите мальчика слезть с пуфа. Он пачкает обивку.
Ольга посмотрела на жену брата с покровительственной улыбкой, словно перед ней капризничал ребенок.
— Мария, ну зачем ты сразу так? С порога — и уже замечания. Ребенок устал, всю дорогу в поезде трясся. Егор, слезь, а то тетя сейчас ругаться начнет. Андрей, куда нам чемоданы ставить? Мы их от вокзала еле дотащили. Таксист такую цену назвал, будто нас не везти собирался, а квартиру продавать.
— Поставьте пока в угол, — хрипло сказал Андрей. По его лицу было видно, что он совершенно не понимает, как себя вести. — Ольга, так вообще-то не делают. Вы надолго приехали?
— Да всего-то дней на пять! — беспечно бросила золовка и, не дожидаясь приглашения, прошла на кухню. Там она сразу принялась заглядывать на плиту с видом хозяйки. — Ой, как вкусно пахнет! Мы голодные ужасно, в поезде только пирожками перебивались. Давайте стол накрывать. У вас с дороги выпить что-нибудь найдется? Дмитрий у нас коньяк уважает.
Мария медленно втянула воздух, пытаясь унять сердцебиение. Выставить всех за дверь немедленно — значило устроить грандиозный скандал с криками, слезами и неизбежными обвинениями в том, что она терпеть не может родню мужа. Андрей все еще стоял в прихожей, побледневший и виноватый. Он всегда избегал ссор, особенно с Ольгой, старшей сестрой, которая после смерти родителей во многом заменила ему семью.
На то, чтобы хоть как-то разместить внезапных гостей, ушел почти час. Огромные чемоданы перекрыли половину коридора. В ванной сразу образовалась очередь, откуда доносились плеск воды, хлопанье дверцы шкафчика и громкие разговоры. Мария молча открывала холодильник и доставала продукты, которые берегла для особенного ужина. Дорогая сырная нарезка, маленькая банка маслин, свежие овощи — все это исчезало с пугающей скоростью, едва успев оказаться на тарелках.
Когда наконец все расселись за кухонным столом, тесно прижавшись друг к другу в небольшом пространстве, Ольга торжественно взяла слово. В руке она держала бокал с вином Марии, потому что коньяка в квартире не нашлось, и это явно испортило Дмитрию настроение.
— Ну, за встречу! — провозгласила Ольга. — Хорошо у вас, уютно. Конечно, места маловато, но, как говорится, в тесноте да не в обиде. Значит, план у нас такой: завтра идем в зоопарк, Егор давно просился. Потом на площадь, погуляем, фотографии сделаем.
Ирина, подруга Ольги, жеманно оттопырила мизинец и ковырнула вилкой кусок мяса.
— А большие торговые центры у вас далеко? Хотелось бы по бутикам пройтись, раз уж мы выбрались в столицу.
— Не очень, — тихо ответил Андрей, глядя в свою почти пустую тарелку и бессмысленно водя по ней вилкой. — На метро минут двадцать.
Егор тем временем болтал ногами под столом и то и дело попадал Марии по голени. На третье замечание матери он даже не повернул головы, продолжая размазывать картофельное пюре по краю красивой керамической тарелки.
И именно в этот момент Дмитрий, откинувшись на стуле и оглядев тесную кухню, неожиданно задал вопрос, который Мария больше всего боялась услышать:
— А спать-то мы все где будем?
