Он не мог оставить в беде женщину, родившую ему сына. Не мог позволить, чтобы, как ему тогда казалось, почти святая мать его ребенка оказалась опозоренной из-за долгов и чужих угроз.
Дмитрий без лишних разговоров отправился в банк. Закрыл вклад, который пополнял целых три года, и забрал оттуда всё до последней гривны. Это были его сбережения на тот самый случай, который обычно называют черным днем. Он передал деньги Ольге, при этом с важным видом попросил ее написать расписку. Та вывела несколько строк обычной шариковой ручкой на листке из школьной тетради в клетку. Дмитрий был абсолютно уверен: такая бумага — почти железная гарантия. Свои же люди, как-нибудь разберутся.
Екатерине он, разумеется, ничего не сообщил. Зачем раньше времени тревожить жену? Ольга ведь вот-вот найдет работу, вернет долг, и никто даже не узнает о случившемся.
— Кому ты дал деньги? — спросила Екатерина на кухне таким спокойным голосом, что от этого спокойствия становилось не по себе. — Дмитрий, это три года накоплений. Кому?
— Ольге, — он наконец поднял на нее взгляд, и в глазах его читалась глухая, упрямая оборона. — У нее были серьезные неприятности с коллекторами. Я не мог поступить иначе, Катя! Она мать моего сына. И потом, она всё отдаст. У меня расписка есть!
Он сорвался с места, выбежал в прихожую и через минуту вернулся с тем самым клетчатым листком. Дмитрий размахивал им перед женой так, будто это был не клочок бумаги, а броня от всех бед сразу.
— Расписка? — Екатерина горько усмехнулась. — Дмитрий, послезавтра моему отцу нужно внести первый платеж за операцию. Мне что, хирургу показать расписку от Ольги? Или коллекторам ее отнести, пусть по ней папино здоровье выбивают?
— Но я же из своих откладывал… — пробормотал он, цепляясь за последний, самый беспомощный довод. Формально он был прав: деньги действительно принадлежали ему.
Настоящий удар обрушился через несколько дней. Оказалось, что суммы, которую Дмитрий отдал бывшей жене, всё равно не хватило, чтобы закрыть ее безумные долги. Проценты, штрафы и пени по микрозаймам проглотили эти деньги мгновенно и даже не заметили.
Нормальную работу Ольга так и не нашла. Зато нашла толкового юриста и официально подала заявление о банкротстве физического лица.
Трехлетние накопления Дмитрия исчезли совершенно законным образом. А распиской на тетрадном листке теперь можно было разве что вытирать слезы.
Когда Дмитрий узнал об этом, он долго сидел на диване, уставившись в одну точку, а затем наконец решился произнести свое оправдание.
