А вот у Дмитрия всё, наоборот, стремительно посыпалось. В фирме, где он так долго изображал незаменимого специалиста, внезапно затеяли жесткую реорганизацию. Самоуверенного менеджера убрали без разговоров: в один день вручили бумаги, выдали смешную компенсацию и фактически вытолкнули за дверь.
Но вместо того чтобы собрать волю, обновить резюме, обзванивать знакомых и ходить по собеседованиям, Дмитрий выбрал самый опасный и короткий путь. Ему захотелось быстро провернуть «выгодное дело», сорвать крупный куш и потом с победным видом доказать жене, что он тоже чего-то стоит. Тайком от Марины он обратился к своему лучшему другу и попросил у него огромную сумму наличными.
— Алексей, выручи меня буквально на три-четыре месяца, — уверенно уговаривал он. — У меня всё просчитано, план железный. Я верну, ты же меня знаешь, я тебя никогда не подставлял.
Алексей поверил старой дружбе и отдал деньги, договорившись подождать полгода. Только Дмитрий, этот теоретик с дивана, за какие-то пару месяцев умудрился слить весь заем до последней копейки. Долг повис на нем камнем, отдавать было нечего, а нормальная работа так и не появилась даже на горизонте.
Когда сроки начали поджимать, а страх окончательно прижал его к стене, Дмитрий решился на самый унизительный шаг в своей жизни. Он вызвал недорогое такси и поехал за город, на ферму к жене.
У входа он долго переминался с ноги на ногу, мял в пальцах рукав куртки, то бледнел, то краснел, пока наконец не выдавил из себя сорванным, жалким голосом:
— Марин… У меня беда. Я занял у Алексея очень много денег. И всё потерял. Прогорел подчистую. Он меня сожрет, срок почти вышел, а возвращать нечем. Помоги. Дай взаймы, иначе мне конец.
Марина даже бровью не повела. Она спокойно внесла последнюю цифру в планшет, медленно подняла на мужа тяжелый, ледяной взгляд и сказала ровно, без единой дрожи:
— Эти деньги, Дмитрий, я вытаскиваю из земли собственными руками. Я за них потом и кровью расплачивалась, пока ты валялся на диване и раздавал советы. Оплачивать твою безответственность и очередные авантюры я не собираюсь. Денег ты от меня не получишь. Ты ведь в грязь не ездишь, помнишь? Вот и возвращайся в город.
Дмитрий стал белым как стена. В эту секунду он понял, что привычные просьбы и жалость больше не работают. Он опустился перед ней на колени и дрожащими пальцами схватил ее за руку.
— Тогда… что мне делать? — почти беззвучно спросил он.
Марина немного помолчала, глядя на него сверху вниз, словно впервые по-настоящему видела перед собой не мужа, а человека, загнавшего себя в ловушку, и наконец озвучила единственный вариант.
