— И что мы будем делать, если твой брат, как это с ним часто бывает, просто исчезнет с горизонта?
— Никуда он не денется! — вспыхнул Дмитрий и резко хлопнул ладонью по столешнице. — Он мне расписку дал. К тому же первые месяцы, пока дело не начнёт приносить деньги, будем закрывать платёж из семейного бюджета. У нас же общий дом, общие деньги, мы супруги. Я всё прикинул: если немного поджаться, перестать брать доставку по выходным и отказаться от санатория, то справимся.
Каждое его слово будто ударяло Марию по груди. Получалось, он уже всё за неё решил. Уже мысленно распорядился её зарплатой, вычеркнул отдых, которого она ждала почти год и на который откладывала каждую премию.
— Нет, — произнесла она негромко, но так твёрдо, что Дмитрий сразу замолчал.
— Что значит «нет»? — растерянно переспросил он.
— Значит, что из общих денег этот кредит оплачиваться не будет. Ни сейчас, ни через месяц, ни когда-либо потом. Ты сам это придумал, сам подписал документы, сам взял на себя обязательства. Это твой долг и твоя ответственность.
Дмитрий рывком поднялся со стула, тот опасно качнулся и едва не упал. На лице мужа проступили багровые пятна.
— Вот как? А обещания в ЗАГСе ты уже забыла? В радости и в беде, да? Стоило появиться первой серьёзной проблеме, и ты сразу в сторону? Мама правильно говорила: ты всегда думаешь только о себе!
Мария тоже встала. Её слегка трясло, но мысли оставались холодными и ясными. Работа давно научила её не поддаваться эмоциям, когда речь заходила о документах, деньгах и обязательствах.
— Беда, Дима, — это болезнь, пожар, потеря работы. А то, что ты по собственной воле повесил себе на шею чужое ярмо ради брата, который привык жить за счёт других, — это не беда. Это глупость. И оплачивать её я не намерена.
Она вышла из кухни, оставив Дмитрия возмущённо сопеть за столом. Ночью они разошлись по разным комнатам. Мария долго лежала без сна, глядя в темноту и прислушиваясь к гулу машин за окном. Внутри было пусто и холодно. Пятнадцать лет брака. Пятнадцать лет общих планов, накоплений, ремонтов, разговоров о будущем. И всё это оказалось перечёркнуто одним визитом в банк.
Утро прошло в тяжёлом молчании. Мария сварила кофе только себе и даже не спросила, будет ли пить Дмитрий. Муж собирался на работу нарочито шумно: хлопал дверцами шкафа, громко вздыхал, переставлял вещи так, будто ждал, что она подойдёт, обнимет его и скажет, что они вместе всё выдержат. Но Мария сидела за столом и спокойно листала что-то в телефоне.
Днём она набрала знакомого юриста. Потом ещё раз внимательно просмотрела судебную практику по семейным спорам и окончательно убедилась: закон на её стороне. Долг одного супруга может быть признан общим только тогда, когда доказано, что деньги пошли на нужды семьи. Дмитрий же перевёл всю сумму со своего счёта прямо Артёму. Для суда это был бы весомый аргумент. В случае конфликта банк не смог бы претендовать ни на её доходы, ни на её имущество.
К концу недели позвонила свекровь. Людмила Викторовна заговорила приторно-мягким голосом, который у Марии всегда ассоциировался с надвигающимися неприятностями.
— Машенька, здравствуй, дорогая. Мы в воскресенье хотим собраться на ужин. Артём приведёт свою невесту, заодно отметим покупку машин. Вы с Димой обязательно приходите. Я пирогов напеку, тех самых, которые ты любишь.
Первым желанием Марии было отказаться. Но почти сразу она поняла: этот ужин может стать идеальным моментом, чтобы наконец всё прояснить при всех.
В воскресенье вечером в маленькой квартире Людмилы Викторовны стояла тяжёлая духота. Пахло жареным мясом, горячим тестом и дешёвыми сладкими духами невесты Артёма — совсем юной девушки с нарощенными ресницами и вечно скучающим выражением лица. Сам Артём устроился во главе стола, развалился на стуле как хозяин жизни и вдохновенно рассказывал о своём скором успехе.
— Машины, конечно, надо немного привести в порядок, — рассуждал он, накладывая себе салат с такой щедростью, будто уже был миллионером. — Резина почти стёртая, масло где-то подкапывает, но это ерунда. Я с ребятами в гаражах договорюсь, они всё подшаманят. А потом заказы пойдут один за другим. Стройки кругом, мебель всем возить надо. Поднимемся, вот увидите!
Дмитрий сидел рядом и смотрел на брата с почти детским восхищением. Время от времени он бросал на Марию гордые взгляды, словно хотел сказать: видишь, какого перспективного человека я поддержал.
— Артём, — ровным голосом остановила Мария его бесконечный рассказ. — Скажи, когда у тебя первый платёж по кредиту?
За столом сразу стало неловко тихо. Людмила Викторовна вдруг замерла.
