– Скатерть стоило бы выбрать другую, – с явным раздражением сказал Вадим, стоя у зеркала в прихожей и подтягивая узел галстука. – Эта выглядит тускло, будто старая простыня после десятой стирки. У нас, между прочим, событие: мама приедет, Ирина с детьми. А ты накрываешь стол тем, что давно пора отправить на дачу.
Наталья остановилась посреди кухни, держа в руках тяжёлую хрустальную салатницу. Холодные грани стекла больно давили на пальцы, но она даже не дрогнула. Только медленно подняла глаза на мужа.
– Мы купили её всего месяц назад, Вадим. Это лён, ручная вышивка. Ты сам говорил, что она идеально подходит к сервизу, – ответила она спокойным голосом, изо всех сил пряча усталость, накопившуюся за последние два дня.
– Ну и что с того, что я тогда говорил? Сейчас вижу – не то. Праздничности никакой, понимаешь? – Вадим недовольно поморщился и бросил взгляд на часы. – И давай быстрее, они уже вот-вот будут. Мясо, надеюсь, на этот раз не высушила?
Наталья промолчала. Она не стала спорить, а просто понесла в гостиную салатницу с привычной для семейных застолий «Мимозой». Там уже был раздвинут большой обеденный стол. Ноги гудели так, будто она весь день не ходила по квартире, а таскала на себе мешки. Двое последних суток превратились для неё в нескончаемый круг: магазин, плита, мойка, снова плита, снова посуда.
Вадим решил, что новую должность нужно непременно отмечать дома. Вариант с рестораном он отверг сразу: там, по его словам, готовят без души, кладут в тарелки смешные порции, а цены выставляют такие, будто подают золото. Настоящий праздник в его представлении выглядел иначе: стол должен ломиться от домашней еды, гости — сидеть в тепле и уюте, а хозяйка — бесконечно суетиться рядом, подносить горячее, менять приборы и следить, чтобы всем всего хватало.
То, что сама хозяйка занимала должность главного бухгалтера на крупном предприятии и как раз закрывала квартальную отчётность, Вадим во внимание не принимал.
Гостиная и правда выглядела безупречно. Наталья всегда была почти болезненно аккуратна во всём, что касалось дома. По льняной скатерти ровными линиями стояли фарфоровые тарелки, бокалы сияли так, что в них отражался свет люстры. В самом центре стола красовалось большое блюдо с запечённой осетриной, украшенной тонкими кружочками лимона и кудрявой зеленью петрушки. Рядом лежали рулетики из баклажанов, сырная нарезка, несколько сложных слоёных салатов, домашние маринады и аккуратные стопочки ржаного хлеба.
Квартира была наполнена плотными, аппетитными запахами: жареного мяса, чеснока, свежей выпечки и специй.
В прихожей внезапно резко, настойчиво и звонко затрещал дверной звонок.
– Наташ, открывай! Наши приехали! – радостно выкрикнул Вадим, одёргивая пиджак.
Наталья вытерла ладони чистым полотенцем и направилась к двери. Едва она повернула ключ, как прихожая тут же заполнилась шумом, топотом, громкими приветствиями и чужой энергией, ворвавшейся в квартиру без спроса.
Первой внутрь вошла Галина Андреевна. Свекровь была женщиной полной, властной и давно привыкшей к тому, что все вокруг должны подстраиваться под её настроение и желания. Она сняла с головы шёлковый платок, окинула Наталью внимательным, оценивающим взглядом с головы до ног и недовольно поджала губы.
– Наталья, ну разве так гостей встречают? Посмотри на себя: лицо серое, под глазами круги. Хоть бы румянами тронула щёки. У мужа праздник, а ты будто только что с картофельного поля вернулась.
– Здравствуйте, Галина Андреевна. Проходите, раздевайтесь, – ровно произнесла Наталья и приняла у свекрови тяжёлое драповое пальто.
Следом в квартиру шумно ввалилась Ирина, младшая сестра Вадима, вместе с двумя детьми. Девятилетний Егор и семилетняя Кира тут же начали толкаться у пуфика, споря, кому первому снимать обувь.
– Ох, мы еле доехали, такие пробки! – пожаловалась Ирина и сбросила сапоги прямо на коврик, даже не попытавшись поставить их на полку. – Вадим, братик, поздравляю! Теперь ты у нас важный начальник!
Она с визгом радости бросилась брату на шею и повисла на нём, будто они не виделись несколько лет. Дети тем временем стащили куртки, бросили их прямо на пол и, не вымыв руки, помчались в гостиную.
– Егор, Кира, сначала в ванную! – попыталась остановить их Наталья, но её слова растворились в общем шуме.
– Да перестань, Наташ, не цепляйся к детям, – махнула рукой Ирина, поправляя перед зеркалом причёску. – Они с дороги, устали и есть хотят. Что у нас там вкусного? Надеюсь, ты не забыла, что Егорчик лук терпеть не может, а у Киры аллергия на грецкие орехи?
Наталья медленно вдохнула и так же медленно выдохнула. О вкусовых капризах племянников мужа она знала прекрасно. Именно поэтому утром отдельно приготовила для них паровые куриные котлеты и картофельное пюре, потратив на это ещё один лишний час, которого у неё и так не было.
– Я всё учла, Ирина. Проходите к столу.
Гости шумной толпой перешли в гостиную. Галина Андреевна сразу устроилась во главе стола, напротив окна, откуда весь праздничный стол был виден как на витрине. Она поправила на груди тяжёлую брошь, уселась поудобнее и принялась придирчиво рассматривать каждое блюдо.
Наталья в это время снова ходила между кухней и гостиной: приносила графины с морсом, соусники, чистые салфетки и всё то, о чём кто-нибудь успевал попросить. Спина отзывалась тупой ноющей болью после долгих часов у плиты, а ноги уже почти не слушались.
