— И телевизор, кстати, сюда нужен побольше, — добавил Роман, даже не поднимая глаз от экрана. — Этот для спальни какой-то смешной.
Наталья медленно втянула воздух, заставляя себя говорить спокойно. Крик уже стоял в горле, а пальцы сами собой сжались так крепко, что ногти больно впились в ладони. Этот дом появился у нее пять лет назад, задолго до того, как в ее жизни возник Дмитрий со всей своей деятельной родней. Она сама выбирала бревна, сама спорила со строителями из-за фундамента, месяцами добивалась подключения газа и нормального котла, чтобы зимой здесь было тепло. Каждая доска на террасе, каждая полка, каждая занавеска были куплены не чьими-то обещаниями, а ее работой, ночами над отчетами и бесконечными проверками.
— Значит, так, раз уж у вас тут семейное совещание, — произнесла Наталья ровно, глядя свекрови прямо в лицо. — Никто в мой дом не переезжает. Чемоданы остаются в прихожей. Через тридцать минут вы все садитесь в машину и едете решать жилищные проблемы Полины где угодно, только не здесь.
После этих слов в комнате стало так тихо, что было слышно, как на стене размеренно щелкают часы.
— Это еще что значит? — свекровь вытянула губы в тонкую нитку и демонстративно поставила руки на бока. — Ты сейчас кого выставляешь? Беременную сестру собственного мужа? Дмитрий, ты вообще слышишь, что твоя жена говорит? У нее от жадности уже совесть совсем пропала!
Дмитрий вздрогнул, будто его окликнули издалека. Он шагнул к Наталье и попытался коснуться ее руки, но она отступила раньше, чем он успел взять ее за локоть.
— Наташ, ну зачем ты сразу устраиваешь скандал, — почти шепотом заговорил он, наклоняясь к ней с умоляющим видом. — Мама ведь права, им сейчас правда тяжелее. Перезимуют здесь, и всё. Дом теплый, отопление есть, дрова заготовлены. Мы же семья, разве нельзя помочь своим?
— А я, по-твоему, куда должна деваться, если дом займут они? — Наталья не отвела взгляда от мужа. — Я собиралась весь ноябрь провести здесь, спокойно закрыть годовой баланс и закончить работу без городского шума.
— Ну поживешь пока в квартире, — Дмитрий пожал плечами так, будто речь шла о сущей мелочи. — А если очень потянет на природу, у нас же во дворе летняя кухня стоит. Там диван есть.
Свекровь тут же подхватила его слова. В ее голосе зазвенела раздраженная, хозяйская уверенность человека, который заранее решил, что спорить с ним никто не имеет права.
— Вот именно, в летней кухне и перекантуешься, а дом уступишь молодым! — отчеканила она, ткнув пальцем в сторону окна, за которым темнел задний двор. — Обогреватель у тебя там есть, чайник поставишь, переночуешь как-нибудь, когда на выходные приедешь. Не барыня, не развалишься. А Полине с Романом нормальные условия нужны, у них ребенок скоро будет!
Полина тем временем уже успела почувствовать себя если не хозяйкой, то как минимум будущей распорядительницей кухни. Она открывала шкафчики, громко двигала чашки, заглядывала на полки и с недовольным видом перебирала посуду.
— Мам, вот эти кружки с цветочками надо будет убрать в коробки, — капризно протянула она из кухни. — Я такие старомодные узоры терпеть не могу, у меня от них настроение портится. Мы с Романом привезем белые квадратные тарелки, сейчас все нормальные люди такими пользуются.
В этот момент внутри Натальи будто оборвалось что-то последнее. Раздражение исчезло, уступив место холодной, предельно ясной уверенности.
— Отойди от посуды, — сказала она негромко, но так четко, что Полина мгновенно убрала руки от шкафчика и замерла, испуганно уставившись на нее.
— Ты чего на девочку бросаешься? — взвизгнула свекровь и сразу рванулась на защиту дочери. — Да кто ты вообще такая, чтобы тут распоряжаться? Мой сын этот дом обустраивал, вкладывал сюда свои деньги, силы, время, пока ты по салонам разгуливала! Это семейное имущество, и мы имеем полное право решать, кто здесь будет жить!
— Дмитрий обустраивал? — Наталья медленно повернулась к мужу.
Тот за несколько секунд побледнел так, будто из него выкачали всю кровь.
— Ты действительно сказал маме, что строил этот дом и вкладывал в него свои деньги? — уточнила Наталья, не повышая голоса.
Дмитрий нервно сглотнул и попытался спрятать руки в карманы, но вышло неловко и жалко.
— Мам, ну мы же не так это обсуждали, — пробормотал он, пятясь к дверному проему. — Зачем ты сейчас все это поднимаешь? Надо просто спокойно решить вопрос, по-человечески, без крика и взаимных обвинений.
Но свекровь уже разошлась и, судя по ее лицу, останавливаться совсем не собиралась.
