С самого утра Андрей уехал на работу: его в спешке вызвали в офис на какое-то срочное заседание с советом директоров. Наталья осталась дома. Она рассчитывала без суеты разобрать накопившиеся дела, протереть пыль, поставить стирку, потом заварить чай, открыть книгу и наконец провести выходной так, как ей хотелось.
Ближе к половине первого телефон вдруг начал настойчиво вибрировать на столе. На экране высветилось имя мужа.
— Наташ, срочно нужна помощь, у нас тут пожар! — выпалил Андрей таким тоном, будто командовал людьми во время чрезвычайной ситуации. Голос у него был быстрый, напряжённый, деловой. — Мама только что позвонила. Она на OLX нашла шикарную старую тумбу из дуба под телевизор. Прямо винтаж, почти за бесценок. Люди квартиру продают, переезжают, им нужно срочно освободить место, готовы отдать практически даром. Это в Василькове, километров тридцать по трассе на север.
Он говорил без остановки, словно боялся, что если сделает паузу, важность момента сразу уменьшится.
— У отца машина со вчерашнего дня в сервисе, на подъёмнике висит, а забрать тумбу надо сейчас. Буквально в течение часа. Иначе её увезут другие, там уже очередь из желающих. Я с совещания сорваться не могу, меня генеральный потом живьём съест. Возьми ключи от нашего кроссовера, быстро смотайся, забери эту тумбу и завези маме. Багажник большой, сиденья задние сложишь — она туда отлично войдёт. Ты же всё равно дома, ничем срочным не занята.
По интонации было ясно: Андрей даже не предполагал отказа. Он ждал привычного: «Ладно, скидывай адрес, сейчас поеду».
Но в ответ услышал совсем другое.
— А они сами не справятся? — протянула Наталья чуть лениво, почти дословно повторяя ту самую интонацию, с которой муж разговаривал с ней две недели назад. — Твоя мама ведь взрослая женщина. Пусть установит приложение, вызовет грузовое такси и пару грузчиков. Зачем меня в законный выходной срывать из-за старой деревяшки?
Андрей не сразу понял, что именно произошло. Несколько секунд в трубке стояла плотная пауза. Слышен был только приглушённый шум офисного коридора где-то у него за спиной. Потом смысл сказанного до него дошёл — и он, как и следовало ожидать, взорвался.
— Ты сейчас серьёзно?! — прошипел он, явно стараясь не орать во весь голос при коллегах. — Это моя мать, Наталья! Ей тяжело во всех этих приложениях разбираться, она в них вообще ничего не понимает. А грузовое такси с грузчиками туда и обратно обойдётся минимум в полторы тысячи гривен, если не дороже! С какой стати платить чужим людям такие деньги, когда наша машина просто стоит под окнами? Тебе трудно, что ли?
Он пытался говорить так, чтобы она почувствовала себя виноватой. Чтобы со стороны всё выглядело так, будто жена бездушно отказывает в пустяковой помощи пожилой женщине. Раньше подобный приём, возможно, сработал бы. Но теперь Наталья уже знала цену этим словам.
— Моему отцу тоже было нелегко стоять под дождём на трассе с мёртвым генератором, — холодно сказала она. Одной этой фразой она перечеркнула все его возмущённые доводы. — Но тогда ты заявил, что он мужчина и как-нибудь сам решит свой вопрос. Твоя мама — взрослая, дееспособная женщина. Я никуда не поеду. И машину брать не дам.
— Наталья, я тебе нормально объясняю: тумбу через час заберут! — голос Андрея сорвался на глухой, почти панический тон. Он уже понимал, что ситуация ускользает из рук, а привычное давление не работает. — Хватит устраивать этот детский спектакль. Немедленно возьми ключи и съезди!
— Это не спектакль, Андрей. Это правила, которые установил ты, — ответила она ровно, без злости и без повышения голоса. — Мы же всё обсудили две недели назад. Если трудности моих родителей — только их трудности, значит, с сегодняшнего дня проблемы твоих родителей они тоже решают самостоятельно. Без меня. И без моей бесплатной доставки.
Она не стала ждать новой волны возмущения. Просто убрала телефон от уха, завершила вызов и включила режим полёта.
Андрей остался в душной переговорной бизнес-центра один на один со своей злостью и бессилием. Ловушка, которую он сам так уверенно поставил, внезапно захлопнулась именно на нём. Пришлось краснеть, выходить в коридор, звонить матери, слушать её долгие обиженные вздохи и в спешке искать по объявлениям свободный грузовой бус с двумя крепкими грузчиками. За срочность, разумеется, пришлось платить по двойному тарифу и из собственного кармана.
Сказка о том, что хорошим сыном можно быть чужими руками, закончилась. Теперь за это звание Андрею предстояло расплачиваться самому. И уже по полной стоимости.
