– Ты хочешь развестись? – спросила я без обиняков.
– Я… не знаю. Возможно.
– Спустя месяц после рождения сына?
– Ирина, дело не в ребёнке. Проблема в нас.
– В нас? – В груди поднялась горячая волна. – Иван, мы вместе восемь лет. Пять из них – в браке. Что изменилось за одну неделю?
Он отвёл взгляд и ничего не ответил.
– Это Галина, да? Это она тебе всё это внушила?
– Не трогай Галину. Она просто… помогла мне кое-что понять.
Помогла понять.
Я молча вышла из спальни.
Иван перебрался ночевать в детскую – устроился на узком диванчике, который мы поставили для кормлений. Я осталась одна в нашей постели и до рассвета так и не сомкнула глаз.
Около двух ночи Богдан расплакался. Я поднялась, покормила его, аккуратно уложила обратно. Иван даже не шелохнулся.
Возвращаясь, я заметила полоску света под дверью комнаты Галины. Она бодрствовала. Судя по голубоватому отблеску, листала что-то в телефоне.
И в тот же момент раздался сигнал сообщения. Из детской, где лежал Иван.
Значит, и он не спал. Они переписывались. В два часа ночи.
* * *
Галина собралась в супермаркет за продуктами и попросила Ивана сходить с ней – «пакеты тяжёлые, а у тебя выходной».
Они вышли вдвоём.
Я осталась в коридоре с Богданом на руках и смотрела, как захлопывается дверь. А потом, сама не до конца понимая зачем, направилась в комнату Галины.
Её телефон лежал на тумбочке. Забыла? Или оставила нарочно?
Экран был запаролен, но код я знала – видела, как она его набирает. День рождения их матери. Я понимала, что не имею права, и всё же разблокировала устройство.
Диалог с Иваном тянулся на десятки сообщений. Я пролистала вверх – к дате её приезда.
Галина: Ирина выглядит, честно говоря, ужасно. И при этом ничего не делает, я не понимаю.
Иван: Ну, у нас же ребёнок…
Галина: Иван, ребёнок спит полдня. Я пришла – в квартире беспорядок, она в халате, даже не причёсана. Ты достоин другого отношения.
Галина: Она просто пользуется тобой, брат. Ты работаешь, устаёшь, а она сидит дома и ужин приготовить не может. Это брак?
Иван: Она устаёт с малышом…
Галина: Наша мама троих вырастила и ни разу не ныла. Одни женщины умеют справляться, другие – нет.
Галина: Помнишь Маричка? Она хотя бы работала. И дома всё успевала. Кстати, недавно звонила, спрашивала о тебе.
Иван: Маричка?
Галина: Да. До сих пор вспоминает тебя. Говорит, ты был лучшим мужчиной в её жизни. А ты выбрал… это.
Галина: Иван, я тебе зла не желаю. Но посмотри, как она себя ведёт. Ты возвращаешься с работы – она даже не выходит встретить. Сидит у себя, якобы с ребёнком, а по факту просто отдыхает.
Иван: Я и сам это замечаю. Всё это странно.
Галина: Ничего странного. Это равнодушие. Когда женщина любит, она старается. А Ирина – нет.
Галина: Ты заслуживаешь большего. Правда. Ты добрый, трудолюбивый, красивый. Любая была бы счастлива стать твоей женой. А она даже не ценит.
Иван: Может, ты и права.
Галина: Конечно, права. Я твоя сестра и хочу для тебя только лучшего.
Галина: Поговори с ней. Скажи, что тебе нужен перерыв. Посмотри, станет ли она бороться за семью или просто пожмёт плечами.
Иван: Попробую.
Галина: И помни – ты достоин большего. Маричка спрашивала, может ли написать тебе. Я сказала, что пока не стоит, но если ты будешь свободен…
Я опустила телефон.
Руки были спокойны. В голове – неожиданная ясность, которой не было последние недели.
Они вернулись с покупками, обвешанные пакетами. Галина направилась на кухню и принялась раскладывать продукты. Иван устроился на диване и сразу взялся за телефон.
Я встала в дверях.
– Галина, – произнесла я. – Собирай вещи.
Она резко обернулась.
– Что?
– Ты сегодня уезжаешь.
Иван поднял глаза.
– Ирина, ты о чём…
– Я прочитала вашу переписку с Иваном.
Повисла тишина. Галина застыла с пакетом молока в руках.
– Ты… копалась в моём телефоне?
– Да. И не жалею об этом.
– Это моя личная жизнь!
– А моя – нет? Моя семья – не личное? – Я говорила ровно, почти спокойно. – Ты приехала в мой дом. Ела за моим столом. Жила под моей крышей. И всё это время настраивала моего мужа против меня.
– Я всего лишь сказала правду!
– Правду? – Я усмехнулась. – «Она тебя использует», «вспомни Маричка», «ты заслуживаешь лучшего»? Это не правда, Галина. Это попытка разрушить мой брак.
Иван поднялся.
– Ирина, давай спокойно всё обсудим…
– Нет. – Я остановила его жестом. – Теперь ты слушаешь. Сядь.
Он подчинился. Возможно, от неожиданности. Возможно, потому что впервые за эти дни в моём голосе прозвучала твёрдость.
– Галина, – продолжила я. – Я не буду устраивать истерик. Ни криков, ни слёз. Просто сообщаю: ты уезжаешь. Прямо сейчас. Если нужно, я сама соберу твои вещи. Вызову такси за свой счёт. Но через час тебя здесь быть не должно.
