Глава 1. Золотой мальчик, которому будто всё дозволено
Мой сын Олег появился на свет в тот период, когда я разрывался между тремя работами. Ночами почти не спал, о выходных забыл, о собственных желаниях — тем более.
Мне казалось, что единственный способ выразить любовь — обеспечить ребёнка тем, чего я сам был лишён в детстве. Игрушки, модная одежда, кружки по интересам, частные преподаватели — он получал всё без отказа. Я был уверен: так поступает хороший отец.
Жена относилась к нему ещё трепетнее. Поздний, долгожданный ребёнок — она буквально дышала им. «Ты у нас самый главный», — повторяла она. И Олег это усвоил.
В школе он держался на плаву с трудом. Я находил репетиторов — он пропускал занятия. Я разговаривал с ним — он клялся исправиться. И я каждый раз верил. Потому что он мой сын. Потому что отцы обязаны верить.
После выпуска он поступил в институт на контракт. Платил, разумеется, я. Через год его отчислили. Он пожал плечами: «Это не для меня».
— А что тогда твоё? — спросил я.
— Пока не понял. Разберусь.
Разбираться он начал за компьютером. И растянул этот «поиск» на пять лет. Сначала — игры до поздней ночи. Потом — до рассвета. А вскоре — без перерывов. Он перестал выходить из комнаты, игнорировал домашние обязанности, почти не разговаривал с нами. Сын словно растворился — вместо него в квартире поселился человек, прикованный к экрану.
Глава 2. Я работал до изнеможения, он жил в игре
Я устроился ещё на одну работу. Подъём в шесть утра, возвращение ближе к десяти вечера. Жена тоже не сидела без дела. Мы копили на квартиру — для него, хотя сомневались, что он когда-нибудь оценит наши старания.
Олег вставал к обеду, проводил ночь в виртуальном мире и снова засыпал под утро. Любая попытка поговорить заканчивалась тем, что он надевал наушники. Если я повышал голос — дверь его комнаты с грохотом захлопывалась, и напряжение в доме только нарастало.
— Ты меня просто не слышишь! — сорвался он на крик.
— А ты хоть раз попытался нормально объяснить, что с тобой происходит?
— Объяснять нечего. Я в поиске себя.
«В поиске себя». Будто личность прячется где‑то между матчами в доте, кс и «танках». Словно её можно обнаружить, валяясь на диване и прожигая деньги родителей.
Я не раз предлагал ему варианты. Работа? «Скучно». Курсы? «Не моё». Служба? «Я для другого создан».
А для чего именно — я уже перестал понимать.
Глава 3. Точка невозврата
Поводом стала ерунда, самая что ни на есть бытовая мелочь.
Олег заявил, что ему срочно нужен новый компьютер — старый, видите ли, «не тянет свежие игры». Я взглянул на его системный блок: ему и года не было. Потом опустил глаза на свои ботинки — подошва треснула, хожу так уже второй месяц.
— Олег, лишних денег нет. Я сам в развалюхе хожу.
— И что мне теперь, тоже всё старьё донашивать? Мои друзья уже на стримах деньги делают!
— Ну так попробуй и ты.
— Я не умею.
Он вообще ничего не умел. Ни заработать, ни взять ответственность, ни даже спокойно попросить. Зато требовать — мастер.
