Молния на кармане почти не поддавалась: бегунок заклинило, зубцы покрылись мелкими рыжими точками. Алина потянула сильнее, стиснув губы, и едва не сорвала ноготь, прежде чем застежка наконец дернулась и раскрылась.
Внутри оказался плотный конверт, сложенный пополам и дополнительно убранный в прозрачный пластиковый файл. Именно поэтому бумага уцелела и не размокла от дождя.
Алина настороженно нахмурилась и осторожно развернула находку. Перед ней была копия договора аренды индивидуальной банковской ячейки, оформленной на имя Игоря. Рядом лежала квитанция: оплата внесена сразу за год вперед. К документам обычной канцелярской скрепкой крепилась визитная карточка: «Сергей Викторович, юрист по семейным и имущественным вопросам». Ниже был указан номер телефона.
— Банковская ячейка?.. — едва слышно прошептала Алина, вертя листы в руках. — Зачем Игорю понадобилась ячейка?
Ее взгляд зацепился за дату. Договор был подписан примерно за месяц до рождения Матвея.
На следующее утро, оставив крепко спящего сына под заботливым присмотром суетливой Марины, Алина спустилась в холл и попросила воспользоваться телефоном. Гудки тянулись мучительно долго. Она уже решила, что никто не ответит, но в трубке наконец щелкнуло.
— Сергей Викторович слушает, — прозвучал спокойный мужской баритон, уверенный и располагающий.
— Здравствуйте… Я… жена Игоря Макарова. Алина. Я нашла вашу визитку и документы на банковскую ячейку…
На другом конце линии воцарилось тяжелое молчание.
— Алина, — произнес он наконец тише. — Примите мои искренние соболезнования. Игорь был моим близким другом. Я ждал, что вы позвоните. Сможете через час подъехать к центральному отделению банка?
Здание банка находилось в самом центре города. Внутри было тепло, тихо и пахло дорогим кофе, свежей бумагой и полированной мебелью. Сергей Викторович оказался высоким мужчиной лет тридцати пяти, в темно-синем строгом костюме. У него был внимательный взгляд и крепкое рукопожатие, от которого почему-то становилось спокойнее.
Вместе они спустились в хранилище. Там царила прохлада, а вдоль стен тянулись ровные ряды металлических шкафчиков. Банковский сотрудник тщательно проверил паспорт Алины, сверил все данные с доверенностью, которую предъявил Сергей Викторович, после чего вежливо удалился, оставив их вдвоем.
Юрист открыл нужную ячейку, вынул оттуда металлический пенал, а из него достал большой плотный пакет из пластика. Затем они поднялись в небольшую отдельную переговорную.
Первым Алина увидела белый почтовый конверт. На нем широким, до боли знакомым почерком Игоря было выведено: «Моей любимой Алинке».
Слезы мгновенно застлали глаза. Пальцы задрожали, когда она вскрывала конверт.
«Родная моя. Если это письмо оказалось у тебя в руках, значит, меня уже нет рядом. Прости меня. Прости, что оставил вас с Матвеем. Я меньше всего хотел, чтобы так вышло.
Последний год я соглашался на самые тяжелые смены и брался за любую работу. Я не рассказывал тебе всего. Однажды я случайно услышал телефонный разговор моей матери. Она говорила подруге, что найдет способ выгнать тебя из дома, а Матвея заберет себе, потому что ты, по ее словам, из бедной семьи.
Тогда я понял: я не имею права рисковать вашим спокойствием. Я купил нам квартиру, Алин. Большую, светлую, в новом районе. Все документы на собственность лежат в пакете. Оформление я сделал через Сергея Викторовича, по договору дарения, так, чтобы моя мать ни при каких обстоятельствах не смогла на нее претендовать.
Там же находится полис страхования моей жизни. Сумма хорошая. Сергей Викторович поможет тебе все правильно оформить, ему можно доверять. Ничего не бойся. Я люблю вас сильнее жизни.
Твой Игорь».
Алина опустила голову на холодную поверхность стола и разрыдалась в голос. В этих слезах смешалось все: боль, нежность к мужу, который даже после смерти сумел о ней позаботиться, и огромное, почти невыносимое облегчение.
Сергей Викторович не произносил лишних слов. Он не пытался неловко утешать ее, не задавал вопросов, просто молча поставил рядом стакан воды и дал ей время прийти в себя.
— Игорь действительно предусмотрел почти все, — негромко сказал он, когда Алина немного успокоилась. — Квартира в жилом комплексе «Сосновый бор». Двухкомнатная, с качественным ремонтом. Страховка оформлена так, что единственные выгодоприобретатели — вы и ваш сын.
Следующие три недели растворились в бесконечных бумагах, заявлениях, подписях и визитах в разные учреждения. Сергей Викторович взял всю волокиту на себя, и Алина только поражалась, как уверенно и спокойно он решает вопросы, которые ей одной казались бы непосильными.
Когда она впервые переступила порог новой квартиры, у нее перехватило дыхание. Просторная гостиная встретила ее мягким диваном и светом из больших окон. На кухне поблескивала совершенно новая техника. В детской комнате стены были оклеены обоями теплого песочного оттенка. Здесь пахло свежей краской, чистотой и чем-то почти забытым — надеждой.
Марина и Кирилл помогли с переездом. Они привезли коробки, разобрали вещи и заодно накупили Матвею столько игрушек, что в детской сразу стало тесно от плюшевых зверей, машинок и погремушек.
Сергей Викторович тоже появлялся почти ежедневно. Сначала — по делам, связанным с документами. Но постепенно Алина поняла, что он не просто выполняет обязанности юриста. Он оказался удивительно внимательным и добрым человеком. Он умел вовремя пошутить так, что Алина впервые за долгое время улыбалась без усилия. Он ловко собрал детский манеж, разобрался с непонятными креплениями и с явным удовольствием возился с Матвеем, который радостно агукал у него на руках.
Вскоре страховая выплата поступила на счет. Сумма оказалась настолько значительной, что Алина долго смотрела на цифры, не сразу веря в реальность происходящего. Теперь она понимала: этих денег хватит не только на спокойное будущее для сына. Она сможет осуществить свою давнюю мечту — открыть небольшой фонд помощи женщинам с детьми, оказавшимся в тяжелых обстоятельствах.
Сергей Викторович, выслушав ее идею, сразу предложил вести юридические дела фонда бесплатно.
Постепенно жизнь стала собираться заново. Острые края боли не исчезли, но уже не резали при каждом вдохе. Алина все реже вспоминала тот страшный дождливый вечер, когда ей казалось, что впереди осталась только темнота.
И все же прошлое само нашло дорогу к ее двери.
Однажды в новой квартире раздался резкий, настойчивый звонок. Такой требовательный, будто за дверью стоял человек, не привыкший ждать.
Алина подошла к глазку — и внутри у нее все похолодело.
На лестничной площадке стояла Валентина Андреевна. Рядом, мрачно насупившись, переминался с ноги на ногу Алексей Дмитриевич. Алина медленно вдохнула, стараясь собрать волю в кулак. В гостиной в этот момент находился Сергей Викторович: они пили чай и обсуждали проект устава будущего фонда.
Алина щелкнула замком и распахнула дверь.
Свекровь буквально ворвалась в прихожую, как разъяренная фурия. Ее беспокойные, жадные глаза мгновенно пробежались по дорогим обоям, надежной входной двери, красивой мебели и светлому коридору. Лицо Валентины Андреевны перекосило от злости и алчного изумления.
Она резко вскинула подбородок и уже набрала воздуха, готовая обрушить на Алину первое обвинение.
