«Гладиатор, не забудь забрать свой жезл. Судя по всему, он всё ещё полыхает».
Максим появился около восьми вечера — уставший, но явно в прекрасном расположении духа. В прихожей он сразу заметил две набитые сумки и остановился.
— Аннушка? — протянул он с самым невинным видом. — Ты куда-то уезжаешь? Командировка?
Анна вышла из спальни в домашнем халате. Лицо у неё было неподвижным, будто высеченным из камня.
— Нет, Максим. В командировку отправляешься ты. Бессрочную. К Полине. Немедленно. Твой жезл любви, как ты сам выразился, ведь ждать не способен.
Она молча развернула к нему телефон. Максим побледнел так резко, словно из него выкачали кровь, а через секунду лицо залилось тяжёлым багровым румянцем.
— Это… ты всё неправильно поняла! — забормотал он, запинаясь. — Это снимок для конкурса! Ну, типа «самая дурацкая поза в спортзале»! Полина — это просто Полина, наш тренер! Она замужем! У неё трое детей!
— Конечно, — сухо сказала Анна. — И её руки так беспокоятся о твоём жезле, что тот аж загорелся. Какая трогательная забота тренера о физическом состоянии клиента. Сумки у двери. Ключи вернёшь, когда окончательно съедешь.
Он кинулся к ней, пытался обнять, хватал за запястья, голос срывался почти на писк.
— Анна, прости! Я полный кретин! Дурак! Это всё выпивка! Один раз, слышишь? Один-единственный!
Она резко освободилась и посмотрела на него так, что Максим сам отступил на шаг.
— Один раз ты отправил это фото. Один раз назвал свой орган «жезлом любви». И, знаешь, Максим, одного раза вполне достаточно. Проваливай, гладиатор. К мамочке. Пусть она намажет твой… жезл… какой-нибудь чудодейственной мазью.
Дверь закрылась за ним с глухим ударом.
Спустя два часа в неё принялись колотить так, будто хотели выбить вместе с коробкой.
На пороге стояла Светлана Викторовна — вся в боевой готовности, с лицом человека, явившегося спасать несправедливо обиженного сына.
Анна открыла только на цепочку.
— Анна! Это что за цирк ты устроила? — с порога взвизгнула свекровь. — Мальчик рыдает! Ты из-за какой-то глупой шутки решила семью рушить?
— Шутка, — повторила Анна без выражения. — Да, невероятно смешная. Я на работе чуть со стула от хохота не упала.
— Мужчины всегда поглядывают по сторонам! — Светлана Викторовна тут же сорвалась на крик. — Такова природа! Женщина должна быть мудрой! Простить должна! Он же тебя любит!
— Настолько любит, что его жезл вспыхивает от мыслей о чужих руках, — спокойно ответила Анна. — Впечатляющая любовь. Ничего не скажешь.
Свекровь, видимо, поняла, что рыданиями и нажимом её не пробить. Она шумно выдохнула, выпрямилась и попыталась изобразить рассудительность человека, который многое повидал и теперь говорит исключительно по делу.
— Ладно. Не хочешь мириться — это твоё решение. Тогда давай расстанемся цивилизованно, без этих сцен. Квартиру перепишешь на Максима. Ему, как мужчине, тяжелее всё начинать сначала, — уверенно заявила Светлана Викторовна. — Ему ещё новую семью строить, жену в дом приводить. А ты у нас самостоятельная девочка, симпатичная, себе ещё кого-нибудь найдёшь.
