Игорь к тому же был примерным семьянином с тремя детьми и буквально на прошлой неделе ушёл на больничный из-за прихватившей спины. Ни шумная компания, ни шашлыки, ни девушки в купальниках рядом с ним никак не складывались в правдоподобную картину.
Марина не стала сразу устраивать сцену. Она молча поставила на стол тарелки, разлила борщ, подала Олегу хлеб и спокойно выслушала его долгие жалобы на то, как в их фирме просели продажи и как всем теперь приходится выкручиваться. Олег ел с явным удовольствием и, похоже, был уверен, что жена проглотила его объяснение без лишних вопросов.
А Марина тем временем весь вечер мысленно возвращалась к мелочам, которые раньше казались случайными. Месяц назад Олег внезапно купил дорогие литые диски для машины, хотя до этого жаловался, что премию ему урезали. Потом сам вызвался съездить на дачу и проверить счётчик, хотя обычно его туда было невозможно заманить даже обещанием шашлыков.
На следующее утро, едва Олег ушёл на работу, Марина позвонила начальнику и попросила один день за свой счёт. Затем быстро переоделась, достала из своей личной шкатулки-сейфа документы на дом, положила их в сумку и вызвала такси. Своего автомобиля у неё не было, а ехать электричкой значило потерять драгоценное время.
До посёлка она добралась чуть больше чем за час. У ворот её встретил знакомый запах хвои, прогретой земли и молодой зелени. Марина расплатилась с водителем у въезда и дальше пошла пешком по своей линии. Ещё издалека до неё донёсся низкий, равномерный гул музыкальной колонки. С каждым шагом звук становился всё громче.
Калитка на её участок была распахнута настежь. На площадке, выложенной плиткой, где Марина обычно ставила садовые качели, красовался огромный серебристый внедорожник. Его массивные колёса вдавили в землю край клумбы с сортовыми тюльпанами — теми самыми, луковицы которых она осенью заказывала по каталогу и бережно высаживала почти в мороз.
Веранда выглядела так, будто по ней прошёлся ураган: пустые бутылки, одноразовые тарелки, стаканчики, пакеты из-под еды. За столом развалились двое молодых парней и девушка, а ещё одна загорала на шезлонге прямо посреди газона. У Марины внутри поднялась тяжёлая, глухая злость. Это был не просто участок. Это было её тихое место, где всё напоминало о мамином варенье, сушёных травах и летних вечерах. А теперь родной двор превратили в дешёвую базу отдыха после нашествия хамов.
Не говоря ни слова, Марина прошла к веранде и резким движением выдернула шнур колонки из розетки. Музыка оборвалась. Наступила такая тишина, что даже птицы на яблоне будто на мгновение замолкли.
— Эй, женщина, вы кто вообще такая? — крепкий парень с короткой стрижкой и татуировкой на плече приподнялся с плетёного кресла. — Это частная территория, если вы не в курсе.
— Именно. Моя частная территория, — голос Марины прозвучал спокойно, без крика, но в нём было столько холода, что парень невольно снова сел. — Я собственница этого дома и земли. А вот кто вы такие и почему уничтожаете мои цветы, я сейчас буду выяснять уже с полицией.
Девушка на шезлонге лениво приподняла солнцезащитные очки и презрительно усмехнулась.
— Какая ещё собственница? Женщина, не мешайте отдыхать. Мы дом сняли официально на всё лето. Деньги отдали, договор подписали, ключи нам хозяин передал. Олег Дмитриевич, если что.
Марина глубоко вдохнула. Всё окончательно встало на свои места. Олег тайком сдал её дачу, только не учёл внимательную соседку. Видимо, решил, что жена, занятая работой и городскими делами, до середины лета сюда точно не приедет, а Людмила Сергеевна поворчит и успокоится.
— Олег Дмитриевич — мой муж, — ровно сказала Марина, поднимаясь на веранду. — Но есть одна важная деталь. К этому имуществу он не имеет никакого отношения. Дом и участок достались мне по наследству ещё до брака. Он здесь не владелец, прав распоряжаться недвижимостью у него нет, доверенность на аренду я ему не давала. Покажите договор.
Компания переглянулась. Наглость на их лицах начала заметно таять, уступая место растерянности. Второй парень, который до этого молча курил в стороне, тяжело выдохнул, прошёл в дом и вскоре вернулся с прозрачным файлом, где лежали скреплённые листы.
Марина взяла бумаги и быстро пробежала глазами текст. Договор аренды жилого помещения. Срок — четыре месяца. Ежемесячная оплата — двадцать четыре тысячи гривен. Внизу красовалась размашистая подпись Олега, а рядом от руки было приписано: «Залог в размере двадцати четырёх тысяч гривен и оплата за первый месяц получены наличными». Итого сорок восемь тысяч гривен. Вот откуда появились новые диски на машину и внезапная щедрость мужа, который недавно без всякого повода принёс домой дорогой торт.
— Этот договор не имеет юридической силы, — Марина вернула файл парню. — Человек, поставивший здесь подпись, фактически совершил мошенничество. Он не вправе распоряжаться этим домом. У вас есть два часа, чтобы собрать вещи и привести участок в порядок.
