На свет появились увесистый брелок-сова и толстенький блокнот на металлической спирали. Марина Викторовна перехватила добычу одной рукой с такой сноровкой, будто репетировала этот номер перед зеркалом.
Сова, очевидно, должна была изображать всевидящее семейное око. А блокнот — будущий журнал проверок и нарушений.
— Димочка сказал, вы мне сюрприз приготовили! — протянула свекровь сладким голосом, даже плащ снимать не собираясь. — А я ведь за вас душой болею, покоя не знаю. Вы целыми днями на работе. Вдруг утюг забудете, вдруг трубу сорвёт. Да и вообще, в доме должен быть хозяйский присмотр!
Она выдержала выразительную паузу, чтобы Светлана Андреевна успела оценить глубину её самоотверженности, и тут же пошла дальше:
— Буду днём забегать. Суп свеженький поставлю, в шкафах порядок наведу. А то у вас постоянно на столе какие-то квитанции раскиданы — оплачено, не оплачено, непонятно. В холодильнике продукты портятся, потому что никто сроки не проверяет.
Марина Викторовна прищурилась ласково, почти нежно, и достала свой главный козырь:
— Ольга у нас, конечно, девочка неплохая, но молодая, невнимательная. Ей небольшой контроль только на пользу, — произнесла она с такой улыбкой, будто уже упаковала меня в пузырчатую плёнку и подписала: «хрупкое, с дефектом». — Правда, Светланочка? За молодыми нужен глаз да глаз!
Светлана Андреевна тотчас закивала, как сувенирная фигурка на пружинке:
— Ой, запасной ключ у мамы — это же правильно! Это такая помощь! У моей невестки, между прочим, тоже…
Дмитрий тем временем расправил плечи, ощутив себя не меньше чем мудрейшим судьёй семейного совета, полез в карман и вынул дубликат.
— Вот, мам. Держи. Так тебе будет спокойнее.
Он протянул ключ. Марина Викторовна метнула в мою сторону победный взгляд. Всё, Олечка, партия сыграна. Причём при свидетелях.
Но устраивать скандал я не стала. Не хлопнула дверью, не схватилась за тарелки. Просто подошла к тумбочке, выдвинула верхний ящик и достала свою старую связку запасных ключей. Одним движением сняла с неё пустой пластиковый брелок с эмблемой автосалона.
— Какая чудесная мысль, Марина Викторовна! — сказала я голосом мягким, как дорогая шерсть, но с отчётливым стальным звоном внутри. — Дмитрий, ты у нас просто стратег. В наше время без взаимной поддержки семье никак.
Я подошла к свекрови почти вплотную. Она уже потянула свободную ладонь к Дмитриевому ключу, но моя широкая и абсолютно ледяная улыбка заставила её зависнуть на месте.
— Только я уверена, что забота в семье должна быть не односторонней, — продолжила я, не отводя взгляда от Марины Викторовны. — Безопасность ведь касается всех. У вас давление скачет, возраст уже серьёзный, трубы в старой пятиэтажке тоже не новые. Всякое может случиться. Поэтому предлагаю обменяться прямо сейчас: вы отдаёте нам ключ от своей квартиры, а мы вам торжественно вручаем наш.
Свекровь моргнула. В её внутренней системе контроля явно вспыхнула ошибка. За моей спиной Светлана Андреевна, кажется, перестала даже дышать.
— А зачем это вам понадобился мой ключ? — подозрительно спросила Марина Викторовна, медленно опуская руку.
