…Она заявила, что уже успела рассмотреть снимки нашего участка в соцсетях, а потому прекрасно осведомлена о наших «роскошных владениях». Более того, билеты на пригородную электричку для всей своей компании они, как выяснилось, уже купили.
Вскоре стало ясно, что Ольга Сергеевна собирается явиться не одна, а притащить с собой целую кочующую делегацию: своего взрослого племянника Игоря, который уже много лет успешно избегал любой работы, его вечно недовольную жену Светлану и их восьмилетнего сына Артёма, способного за пять минут превратить в хаос любое пространство.
Я отлично понимала: обычное вежливое «нет» эта несокрушимая женщина просто пропустит мимо ушей. А если я устрою ей резкий разговор по телефону, Ольга Сергеевна тут же наденет на себя корону невинно пострадавшей жертвы и заодно успеет настроить против нас половину родни. Значит, нужен был не скандал, а тонкая операция. Такая, чтобы она сама, без принуждения, развернулась прямо у наших ворот и больше никогда не вспоминала дорогу в этот загородный посёлок.
День предполагаемого нашествия наступил. Субботнее утро выдалось ярким, тёплым и обманчиво мирным. Солнце заливало двор золотистым светом, а я, устроившись в плетёном кресле на веранде, неторопливо пила свежий кофе и наблюдала за идеально подготовленной сценой. Калитка в нашем высоком заборе была заранее закрыта на тяжёлый надёжный замок, а ключ от него спокойно лежал в кармане моего шёлкового халата.
Ровно в половине двенадцатого тишину посёлка разорвал натужный рёв двигателя. Через минуту к воротам, поднимая за собой облако пыли, бодро подкатила огромная арендованная маршрутка-минивэн. Боковая дверь с металлическим грохотом отъехала в сторону, и первой наружу торжественно выбралась Ольга Сергеевна. На ней была необъятная соломенная шляпа, а выражение лица напоминало генерала, прибывшего с внезапной проверкой в подчинённую часть.
Следом из салона начали выползать остальные участники этой загородной экспедиции, и мои самые мрачные предположения подтвердились в полном объёме. Игорь, тяжело сопя, вытаскивал из машины огромные клетчатые сумки. Светлана морщилась от жары так, будто её насильно доставили на каторгу. А маленький Артём уже прицеливался из внушительного водяного автомата в мои любимые цветущие пионы.
Из багажника один за другим летели на траву надувные матрасы, пакеты с консервами, чемоданы и какие-то бесконечные сумки с одеждой. Судя по количеству вещей, родственники собирались не на выходные, а как минимум до первых серьёзных осенних холодов.
Я изящно поднялась с кресла, сделала маленький глоток капучино и неспешно направилась к калитке. При этом даже не подумала потянуться к блестящему замку.
— Мария, ну наконец-то ты решила к нам выйти! — громко объявила тётя Ольга, сразу же дёрнув за ручку калитки. К её явному удивлению, та даже не дрогнула. — Мы еле добрались по этим ужасным загородным пробкам! Давай быстрее открывай, Игорь уже весь запыхался с нашими вещами. Нам нужно отдохнуть после дороги и разместиться по комнатам.
— Ольга Сергеевна, какая поразительная и совершенно внезапная встреча на нашей скромной территории! — радостно воскликнула я, растягивая губы в самую сияющую улыбку, на какую только была способна. — Вы всё-таки решились приехать полным составом, несмотря на то что Сергей так настойчиво отговаривал вас по телефону. Вот это действительно пример редкой семейной самоотверженности.
— Не начинай свои разговоры, открывай ворота, — раздражённо прикрикнула она, пока её маленькая свита недовольно топталась за спиной. — Мы приехали на свежем воздухе соснами дышать, а не у забора стоять.
Именно в этот миг я поняла: мой выход настал. Внутри меня щёлкнул невидимый переключатель, и я мгновенно приняла образ человека, до глубины души потрясённого чужим безрассудством. Причём в ход должны были пойти её же собственные язвительные замечания, которые Ольга Сергеевна так щедро раздавала три года назад.
— Ох, тётя Ольга, вы даже представить себе не можете, какую невыносимую тяжесть я сейчас испытываю.
