О собственных родителях Кристина за тот вечер вспомнила всего пару раз — и то как-то вскользь, будто между делом.
— Ты в своем доме ведешь себя так, словно нанялась прислуживать, — не выдержала Ольга и сказала это дочери уже на кухне, когда та стояла у раковины и перемывала посуду.
Кристина даже не сразу ответила. Только опустила тарелку в мойку и глухо произнесла:
— Мам, ты просто не понимаешь. Так нужно.
— Нужно кому? — Ольга посмотрела на нее в упор. — Тебе? Марине Викторовне? Или всем вокруг, кроме тебя самой?
Кристина не стала спорить. Она отвернулась, повернула кран сильнее, и шум воды будто нарочно заглушил все, что еще могла сказать мать. На этом разговор оборвался.
После того вечера Ольга больше не пыталась вытянуть из дочери объяснения. Да и что она могла услышать? Ни одного разумного ответа в голове не находилось. Как можно так угождать матери мужа и при этом так легко отодвигать в сторону своих родных?
Спустя неделю у Сергея отмечали день рождения. В квартире было шумно: друзья заходили с пакетами и коробками, соседи устраивались за столом, кто-то смеялся в прихожей. Сергей вместе с приятелем Романом весь вечер увлеченно обсуждал рыбалку — снасти, погоду, места, где «точно клюет».
Ольга носила блюда, меняла тарелки, подливала гостям чай и старалась не смотреть на свободный стул рядом с собой. Этот пустой стул бросался ей в глаза сильнее любых слов.
К ней тихонько подошла соседка Ирина и, понизив голос, спросила:
— Оль, а Кристина где? Что-то я ее не вижу.
Ольга на секунду замерла с салатником в руках.
— У свекрови на даче, — ответила она наконец. Говорить это было неприятно, но выдумывать оправдания она не хотела.
— На даче? — Ирина удивленно нахмурилась. — В день рождения отца? Вы что, поссорились?
— Нет, не поссорились, — Ольга устало повела плечом. — Просто она уже взрослая. Я не могу решать за нее.
Ирина сочувственно покачала головой и вернулась к остальным. А Сергей как раз рассказывал историю о том, как у него сорвалась блесна. Голос у него был бодрый, даже веселый, но Ольга видела: он то и дело поглядывает в сторону двери. До самого позднего вечера он прислушивался, не зазвонит ли домофон.
Через месяц пришла их годовщина свадьбы. Кристина не появилась и тогда. От нее пришло только короткое сообщение с поздравлением и маленьким смайликом в конце.
Ольга несколько раз перечитала эти строчки, словно между сухими словами мог спрятаться какой-то другой смысл. Но там не было ничего, кроме обычной вежливости.
— Может, у нее и правда сейчас забот выше головы, — тихо сказал вечером Сергей, наливая себе чай. — Муж, новый дом, свекровь с характером…
— А мы тогда кто, Сергей? Соседи по подъезду?
Он ничего не ответил.
Осенью Сергею назначили операцию. Врачи сразу предупредили: вмешательство будет непростым. Ольга с тех пор почти не спала, ходила по квартире, забывала выключить свет на кухне и вздрагивала от каждого звонка. Она была уверена: уж в такой день дочь точно приедет.
За два дня до госпитализации Ольга сама набрала Кристину.
— Доченька, папу в четверг будут оперировать. Ты приедешь?
В трубке повисла короткая пауза, а потом Кристина ответила ровным, почти деловым голосом:
— Мам, в четверг я не смогу. У Марины Викторовны как раз анализы, мне нужно отвезти ее к врачу.
