Вместо ожидаемых цифр она получила от меня только вежливый жест в сторону стола.
Галина Юрьевна важно проследовала на кухню, опустилась на стул так, будто занимала место председателя комиссии, и принялась копаться в своей огромной сумке. Сумка, казалось, хранила внутри половину районного архива. Наконец свекровь извлекла оттуда толстую общую тетрадь в потрепанной дерматиновой обложке.
— Вот! — торжественно объявила она и с таким стуком шлепнула ладонью рядом с тетрадью, что ложечки в сушилке звякнули. — Я тут всё рассчитала. Подробно, по пунктам. Вашу хаотичную жизнь разложила, наконец, по нормальным человеческим полкам. План строгого сокращения расходов на ближайшие пять лет готов.
Я молча включила чайник и достала две чашки. Из-под нижнего шкафа тем временем неторопливо выбрался наш упитанный рыжий кот Бармалей. Он подошел к свекрови, внимательно обнюхал ее ортопедический ботинок, после чего громко, выразительно чихнул. Всем своим видом кот дал понять, что заседание ему не нравится, и удалился под батарею.
— Ах ты ж рыжая обуза! — Галина Юрьевна брезгливо подтянула ноги под стул. — Между прочим, это как раз первый пункт! Домашние животные. Вы этому нахлебнику покупаете корм по четыреста гривен за упаковку! Четыреста! Уму непостижимо. В нормальные времена коты ели дешевую рыбу с макаронами и еще мышей ловили. А ваш скоро, глядишь, ветчину ломтиками потребует. Значит так: перевести зверя на каши и самую простую рыбу. Экономия — тысяча двести гривен в месяц.
— Приняла к сведению, — кивнула я, ставя перед ней чашку. — Коту каши, рыбу попроще, роскошь отменить. Что у вас дальше в этой финансовой конституции?
Свекровь, явно воодушевленная моим спокойствием, с важным видом перелистнула страницу. Все листы были испещрены мелким, колючим почерком, словно тетрадь заполняли не ручкой, а швейной иглой.
— Второй раздел! Коммунальные расходы! Свет и вода! — Галина Юрьевна подняла палец, будто собиралась читать лекцию студентам. — Вчера я ваши квитанции видела. Вы воду льете так, будто у вас дома личный водопад из Карпат установлен. Валерия, посуду надо мыть не под краном, а в тазике. Налила немного воды, капнула средства, всё перемыла, потом быстро сполоснула. И холодильник ваш тоже отдельная песня. Зачем он молотит на полную мощность? На ночь можно из розетки вытаскивать. За несколько часов ничего с продуктами не случится, у вас кухня и так не тропики. А туалет? Почему вы каждый раз спускаете полный бачок? Туда кирпич положить надо. Воды будет уходить меньше. Экономия получится огромная!
— Кирпич в бачок, холодильник ночью выключать, посуду купать в тазике, — аккуратно повторила я, наливая чай себе. — Замечательная система. А когда продукты испортятся, мы их, наверное, пустим на производство той самой домашней колбасы из манки?
— Не язви, я серьезно говорю! — свекровь уже вошла во вкус и почти не слышала меня. — Идем дальше. Туалетная бумага. Вот скажи мне, зачем вам трехслойная бумага с запахом ромашки? Ромашка в туалете — это уже не гигиена, а буржуазная распущенность. Обычная серая бумага, рулон гривен за шесть, — вот нормальный вариант. Да, жестковата, зато характер воспитывает. Экономия — восемьдесят гривен.
— Ромашковую слабость ликвидируем, переходим к суровому воспитанию личности, — сказала я и сделала глоток. — Зафиксировала.
— Четвертый пункт! — Галина Юрьевна снова перевернула страницу, предварительно послюнявив палец. — Средства для ванной и уборки. Я у вас видела три бутылки шампуня! Твой, Михаила и еще какой-то кондиционер. Вы кто, артисты на гастролях? Одного хозяйственного мыла достаточно на весь дом. Им и волосы помыть можно, и носки застирать, и пол протереть. Волосы будут крепкие, густые, как в молодости!
В этот момент на кухню уверенно вошел сантехник Игорь. В одной руке он держал разводной ключ, в другой — кусок старой трубы, который выглядел так, будто пережил не один ремонт и пару коммунальных катастроф.
— Хозяйка, прошу прощения, — обратился он ко мне, — у вас там прокладка на сифоне совсем рассыпалась, надо новую ставить. А вы, уважаемая, — Игорь с живым интересом посмотрел на Галину Юрьевну, — насчет хозяйственного мыла людям такое не советуйте. Моя теща однажды тоже решила сэкономить и голову им вымыла. Потом три дня расческу из волос вызволить не могла. Пришлось стричь почти под машинку. Хотя, справедливости ради, экономия на парикмахере вышла мощная. Шампунь ей после этого точно не понадобился.
— А вас, молодой человек, никто к обсуждению не приглашал! — возмущенно вспыхнула свекровь. — Занимайтесь своим водопроводом. Тут еще не хватало посторонних консультантов!
Игорь пожал плечами, налил себе воды из графина, спокойно выпил и отправился обратно в ванную. Уже в коридоре до нас донеслось его негромкое бормотание:
— Святая женщина моя жена. Досталась вообще без родственников, подарок судьбы…
Галина Юрьевна сделала вид, что ничего не услышала, и снова уткнулась в тетрадь.
— Продолжаем. Маникюр, — произнесла она с таким выражением, будто называла статью уголовного кодекса. — Валерия, тебе сорок пять. Кого ты собираешься очаровывать этими ногтями? Муж у тебя законный имеется. Купила пилочку за двенадцать гривен, подпилила, прозрачным лаком покрыла — и достаточно. А ты по салонам ходишь, деньги каким-то мастерицам носишь. Дальше — одежда. Я в шкаф заглянула, у тебя платья висят. Зачем покупать новое, если старое еще не развалилось окончательно? Можно заштопать, подшить, перешить, аппликацию пришить, если уж совсем пятно не выводится. И на работу тоже нечего автобусом кататься. Пять остановок — это не расстояние. Пешком пройдешься, и для здоровья полезно, и деньги целее будут.
Я поставила чашку, подошла к холодильнику и сняла с магнита чистый листок для записей. Потом взяла ручку, вернулась к столу и устроилась напротив свекрови.
— Знаете, Галина Юрьевна, — сказала я с самой серьезной интонацией, на какую была способна, — вы меня окончательно убедили. Финансовая диктатура — действительно прекрасная мысль. Мы с Михаилом, похоже, слишком расслабились и позволяем себе лишнее. Значит, семейный бюджет нужно взять под жесткий контроль.
— Вот! — просияла она, победно выпрямив спину. — Наконец-то разумные слова! Я же говорила, плохого не посоветую. Давай уже цифры от карты, я схожу сниму деньги, и начнем жить правильно.
— Одну минуту, — я подняла ладонь, останавливая ее торжественный порыв. — Если теперь у нас общий семейный котел, тотальная экономия и режим строгой отчетности, правила должны касаться абсолютно всех участников. Вы ведь бывший бухгалтер, значит, обязаны понимать: дебет с кредитом должен сходиться. Поэтому начнем с полной ревизии не только наших трат, но и ваших личных финансов. Диктуйте.
Галина Юрьевна растерянно заморгала, а ее изумрудный берет медленно съехал набок, почти на левое ухо.
