— То есть через две недели квартиру уже можно будет оформить? — слишком поспешно спросил Аркадий и сразу потянулся к конверту, лежавшему на кухонном столе.
Наталья быстро прижала письмо ладонью.
— Я сама посмотрю.
— Я просто заметил название нотариальной конторы, — произнёс он, будто оправдываясь. — Что-то случилось?
Она достала из конверта официальное уведомление и снова пробежала глазами по строчкам, хотя давно поняла, о чём там речь. В середине августа нотариус сообщил, что прошло полгода со дня смерти её двоюродной тёти, наследственное дело проверено, препятствий нет, и через две недели Наталья сможет получить свидетельство о праве на наследство, а затем зарегистрировать квартиру на себя.
Речь шла о двухкомнатной квартире в старом кирпичном доме недалеко от центра. Дом возвели много лет назад, но он до сих пор выглядел надёжным: толстые стены, большие комнаты, просторный коридор, высокие окна. Тётя Светлана жила там одна и почти до последних месяцев старалась поддерживать жильё в порядке.
О наследстве Наталья мужу говорила редко. Не потому, что хотела что-то утаить, а потому, что не любила заранее обсуждать имущество, пока все бумаги не доведены до конца. За последние шесть месяцев нотариус запрашивал справки, подтверждал родство, проверял сведения о возможных наследниках и убеждался, что завещания на посторонних людей нет. Наталья собирала документы, два раза ездила в архив и старалась не строить никаких планов раньше времени.
— Умерла тётя Светлана, — тихо сказала она. — Квартира переходит мне по наследству.
Аркадий выпрямился, словно только теперь услышал главное.
— Это та самая квартира, куда мы заезжали несколько лет назад?
— Да.
— Двухкомнатная?
— Двухкомнатная.
Он снова скользнул взглядом по конверту, а потом неожиданно оживился.
— Вот это да. И почему ты раньше молчала?
— Потому что оформление ещё не закончено.
— Но нотариус же пишет, что всё уже готово.
— Почти готово, — уточнила Наталья.
Аркадий прошёлся по кухне, распахнул окно и выглянул во двор. Ещё несколько минут назад он собирался провести вечер перед телевизором за спортивной передачей, но теперь будто забыл и про ужин, и про экран.
— Ремонт там нужен? — спросил он.
— Небольшой, косметический. Тётя за квартирой следила.
— А сколько она сейчас может стоить?
Наталья неопределённо повела плечом.
— Я не узнавала.
— Надо объявления посмотреть. Район ведь хороший. Можно продать, добавить и взять что-нибудь поновее.
— Я пока не планирую её продавать.
— Тогда сдавать, — быстро нашёл он другой вариант.
— Я ещё ничего не решила.
Аркадий кивнул так, будто принял её ответ, но уже через минуту начал расспрашивать о метраже комнат, состоянии ванной, балконе и проводке. При этом он ни разу не спросил о самой Светлане. Не поинтересовался, тяжело ли Наталье будет заходить в квартиру после смерти близкого человека, не вспомнил, как она пережила эти месяцы.
Для Натальи тётя не была просто дальней родственницей, с которой поддерживали связь по обязанности. Когда родители задерживались на работе допоздна, Светлана забирала девочку из школы, помогала ей с уроками, водила в кино и никогда не разговаривала с ней свысока. Уже став взрослой, Наталья сама часто приезжала к тёте: привозила продукты, сопровождала её по врачам, помогала разобраться с коммунальными квитанциями и другими бытовыми делами.
Последние месяцы Светлана болела тяжело. Наталья успела попрощаться с ней в больнице, а потом вместе с двумя пожилыми соседками занималась похоронами.
Аркадий тогда появился только на церемонии прощания, объяснив это занятостью на работе.
Зато теперь квартира интересовала его так, словно он годами следил за состоянием этого дома и лично тревожился, не пропадёт ли ценное имущество.
С Аркадием Наталья познакомилась восемь лет назад на дне рождения общей знакомой. Он тогда работал мастером в сервисном центре, легко вступал в разговор и казался человеком, рядом с которым не нужно постоянно угадывать настроение собеседника.
Спустя несколько месяцев они съехались. Сначала арендовали маленькую однокомнатную квартиру, а примерно через год официально расписались. Детей у них не было. Оба повторяли, что сначала надо разобраться с жильём, а уже потом думать о расширении семьи.
Все эти восемь лет супруги жили на съёмных квартирах.
За первые два года им пришлось переехать трижды. В одном доме владельцы внезапно решили продать жильё. В другом постоянно выходила из строя проводка. Третья квартира оказалась слишком далеко от работы Натальи. Потом им наконец попался более удобный вариант, и там они задержались надолго.
Наталья работала администратором в частной клинике. Аркадий по-прежнему занимался ремонтом техники. Точные суммы доходов они между собой подробно не разбирали, но договорились каждый месяц откладывать деньги на первый взнос за собственное жильё.
На деле основная часть накоплений появлялась благодаря Наталье.
У Аркадия то и дело возникали срочные траты. Сначала он решил заменить старую машину, хотя та ездила без серьёзных проблем. Потом купил дорогую мультимедийную систему. Через несколько месяцев понадобился новый телефон, потому что прежний, по его словам, стал плохо держать заряд.
Позже мать Аркадия попросила помочь с бытовой техникой. Следом сестре Лилии понадобились деньги на поездку сына. Каждый раз Аркадий уверял, что уже в следующем месяце обязательно вернётся к общему плану и внесёт больше.
Наталья не запрещала ему помогать родным. Она только напоминала, что первоначальный взнос сам собой не накопится.
— Я всё понимаю, — отвечал Аркадий. — Просто сейчас такие обстоятельства.
Обстоятельства каждый раз были разными, но итог не менялся. Наталья откладывала деньги стабильно, а Аркадий то присоединялся к ней, то снова находил для своей части более срочное и, как ему казалось, важное применение.
После письма от нотариуса его отношение к вопросу жилья изменилось буквально за один вечер.
Он открыл сразу несколько сайтов с объявлениями, начал сравнивать цены на квартиры в районе тёти Светланы, нашёл примерные расценки на ремонт и даже записал телефоны двух мастеров.
— Ты же не собираешься просто забросить эту квартиру? — спросил он.
— Нет, конечно.
— Там надо трубы проверить. И проводку тоже. Старые дома бывают с сюрпризами.
— Проверю.
— Я могу сам туда съездить.
— Ключи у меня.
Аркадий улыбнулся.
— Вот поэтому и говорю. Дай ключи, я всё осмотрю.
— После оформления съездим вместе.
Он промолчал, но Наталья заметила, как быстро исчезла его улыбка.
В следующие дни Аркадий ещё несколько раз возвращался к теме регистрации. Его интересовало, можно ли сразу прописать в квартире другого человека, какие для этого понадобятся документы и сложно ли потом снять жильца с регистрационного учёта.
Сначала Наталья отвечала коротко, стараясь не развивать разговор. Но в какой-то момент не выдержала и спросила прямо:
— Кого ты собираешься там регистрировать?
— Никого, — слишком быстро сказал Аркадий. — Просто интересуюсь.
— Ты ведь раньше никогда не интересовался такими вещами.
