Алина появилась на свет в деревне. С ранних лет она души не чаяла в старшем брате Дмитрии и всюду таскалась за ним, словно привязанная. Их мать преподавала в местной школе, отец работал водителем. Он даже в летнюю жару не расставался с сапогами; от него неизменно тянуло машинным маслом и табаком, а ладони были грубые, потрескавшиеся, будто наждачные.
Отец погиб, когда Алине исполнилось семь. Люди обратили внимание на его грузовик: машина стояла прямо на мосту и мешала проезду. Самого водителя рядом не оказалось. Речка под мостом была мелкая, вода прозрачная — с высоты даже рыбешек можно было разглядеть. Кто-то, заглянув вниз, заметил в воде человека. Так нашли отца. Сорвался ли он случайно или сам шагнул с моста, никто так и не выяснил.
— Как же нам теперь без тебя? Зачем ты это сделал? — рыдала мать у могилы.
Дмитрий стоял рядом неподвижно и не проронил ни одной слезы. С того дня он будто сразу повзрослел: в доме появился главный мужчина, хотя до шестнадцати ему оставалось еще немного. Мать с тех пор почти ничего не решала без его слова.
Прошло два года. Дмитрий окончил школу и заговорил о том, что уедет в город.
— А мы? — с тоской повторяла мать. — Алина еще маленькая, от нее помощи почти никакой. Я одна со всем хозяйством не справлюсь.
— И что мне здесь делать? Коров пасти? Или, как отец, за руль сесть и от тоски пить? Я хочу нормальной жизни! — срывался на крик Дмитрий.
Он понимал, что без мужских рук в деревне будет тяжело. Но желание вырваться в город оказалось сильнее. Почти все его приятели собирались уезжать, и он не хотел оставаться последним. Мать гордилась им: в его хороших результатах на экзаменах была и ее заслуга.
— Я подам документы в училище, а потом вернусь, — убеждал он ее. — До сентября картошку выкопаем, урожай уберем. Весной на майские праздники приеду огород сажать. Буду наведываться так часто, что еще надоем вам.
И вдруг, будто сам испугавшись собственных слов, резко бросил:
— А если не отпустишь, я все равно сбегу. Ты мне не мать, чтобы запрещать!
Алина в это время пряталась за печкой и слышала каждое слово. Ей тоже было страшно отпускать брата. Но в глубине души она давно считала, что мать любит Дмитрия сильнее. Самый лакомый кусок всегда доставался ему, новую одежду в первую очередь покупали брату, а Алине — уже потом, если оставались деньги. И вдруг он сказал такое. Девочка никак не могла понять, что это значит.
«Почему он так говорит? Почему мама не возражает? Значит, здесь есть какая-то тайна», — промелькнуло у нее.
Она осторожно выглянула из-за печи. Дмитрий стоял посреди комнаты, вызывающе подняв подбородок, а мать сидела на диване, опустив лицо.
— Ладно, — наконец тихо сказала она. — Езжай.
— Тогда можно я поживу в твоей квартире? — спросил Дмитрий уже с явным торжеством.
— Там сейчас жильцы, — ответила мать. — Я с ними поговорю, попрошу освободить квартиру к сентябрю. Только коммунальные оплачивать будешь сам. Без этих денег нам станет труднее, но ничего, как-нибудь вытянем.
Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.
Для Алины все услышанное стало настоящим потрясением. Оказывается, у матери была квартира в городе, а они почему-то жили в деревне. И еще страшнее было другое: почему мать промолчала, когда Дмитрий заявил, что она ему не мать? Сколько же всего они скрывали от нее?
«Наверное, они с отцом забрали нас из детского дома, — начала додумывать Алина. — Поэтому и поселились в деревне, чтобы никто не рассказал правду…»
Неизвестно, куда завели бы ее фантазии, если бы мать не заметила дочь за печкой.
— Ты что тут делаешь? Подслушиваешь? — строго спросила она.
Алина выскочила из дома на улицу. Дмитрий тоже вскоре куда-то ушел.
Вечером, когда брат снова попался ей на глаза, девочка не выдержала и спросила:
— Ты уедешь совсем?
